Игра на выживание

Стадо украло у человека многие часы дневного перехода, увеличивая и без того громадную вероятность проделать свой дальнейший путь по лику этого мира в желудке какого-нибудь стервятника или шакала.

Человек обреченно махнул рукой и направился к месту своей стоянки.

Это была группа деревьев и маленькое озерцо, каких немало было разбросано по окружающей степи.

Вода и убежище.

Там горел костер, жарился местный грызун, шкурка которого немилосердно смердела, но мясо, как убедился человек на вторые сутки своих скитаний, напоминало курятину.

Предстояла работа – не ровен час, так и придется здесь заночевать, получалось, надо укрепить на ветвях гамак, нарубить достаточно дров, чтобы спасительный огонь опоясывал место ночевки до самого утра.

Человек взялся за туристический топорик.

Работа шла туго и потому, что зной высасывал все силы, и потому, что путник был девушкой.

Прошло никак не менее двух часов, пока не оказалось изведено под корень несколько деревьев, и, лишь нагромоздив кучи хвороста, девушка направилась к озерцу.

Она умылась тепловатой и не очень приятно пахнущей водой, плескавшейся в этой яме, вероятно, со времен последнего тропического ливня, опасливо вздрагивая всякий раз, как на воде колыхалась ряска или проносилась крылатая тень. С местными настырными стервятниками величиной с лошадь она уже была знакома накоротке. Место привала было отбито у целой стаи с боем, и немалых трудов стоило оттащить подальше два смердящих трупа, используя новую модель старой системы Ижевского завода в качестве рычага.

Изящный пластиковый приклад, раскрашенный под карельскую березу, навеки впитал тошнотворный аромат, но во сто крат печальней было бы соседство трупов.

Затем девушка вернулась к своему костру, срезала кусок мяса с аппетитно пахнущей тушки, забралась на нижнюю развилку облюбованного дерева, выудила из закрепленного здесь же ранца мощный бинокль и принялась созерцать саванну.

Очень быстро она убедилась, что треклятое антилопье море приманило на себя множество разнообразных дневных хищников.

Когда фланги шествия парнокопытных касались колыхающихся высоких трав, оттуда нет-нет да и выскакивали гибкие кошачьи силуэты, расправляясь с потерявшими бдительность.

Ничего особенно интересного девушка не углядела.