Система Возвышения 2: Хаос в разгаре

Это нужно не просто показать какую-то эмоцию, это нужно целое сообщения посредством Воли передать, причём не самое простое.

Я потянулся к разуму животного, и оно ответило мне. У меня ушло пятнадцать минут на то, что бы донести до неё суть происходящего. Существо упорно не понимало суть понятия предательства, в её голове были либо друзья, либо враги. Ну, и нейтралы.

После того, как до белки дошло, что я пытаюсь ей объяснить, та буквально взбесилась.

– Стой, скотина рыжая! – взревел я, ухватив повернувшуюся к бородачу разьяренную белку за хвост и отдергивая назад.

Когти зверя пронеслись в считанных сантиметрах от лица белого, как мел мужика. Тот, поняв, что надежды на положительный для него исход происходящего не осталось, попытался сбежать.

– Живым берите! – крикнул я своим, пытаясь объяснить разгневанному зверьку, почему не нужно убивать предателя.

Спустя ещё минут десять метаний Матвей лежал передо мной на земле, а Элис наконец угомонились и с интересом наблюдала за происходящим.

Я находился в непрерывном контакте с её Волей, что бы любопытствующее создание понимало, что и зачем происходит. Эдакий кривой онлайн переводчик на телефоне.

Мы предусмотрительно покинули безопасную зону. Свету я отправил к Хельге, что бы та предупредила её о происходящем. Карина со своей частью группы отправилась обратно в Гранд.

– Ну что, борода, начинай петь, – сказал я. – И чем подробнее будет твоя песня, о мой лохматый соловей, тем целее ты окажешься.

Думаю, обо мне ты наслышан. Я не бабы с вашего дерева, со мной твои фокусы типа слезу пустить и прочей х***и не пройдут. Думаю, стоит прояснить пару моментов, пока мы на этом берегу. Во первых, мне абсолютно плевать, если вдруг окажется, что у сектантов твои родные, близкие или ещё кто. Во вторых – уважение к твоим сединам никак не помешает мне тебя запытать. У высокой Выносливости, в твоём случае, есть очень неприятный недостаток – ты живуч, как таракан, так что быстро умереть можешь не рассчитывать. Ты всё понял?

– Да пошёл бы ты н***й, молокосос, – спокойно ответил он мне. Страха в нем уже не было. Смирившись с тем, что он уже не жилец, он отбросил всякое волнение. – Давай, пытай. Посмотрим, что у тебя получится.

Ну, собственно, чего и следовало ожидать. Любой, сумевший открыть в себе Волю, крепкий орешек. Только вот это не повод не пробовать его расколоть, правда?

– Рад, что мы друг друга поняли, – улыбнулся я.