Наказ атамана

А вот появление тут Клепинова может свидетельствовать о том, что Шляхтич уцелел и продолжает своё дело. Значит так и следует относиться к этой новости: ничего не закончилось, при случае рубить хвосты придётся как и прежде, по самые уши.

В полдень следующего дня Туманов был в кабинете Одноглазкова. Генерал-майор вызвал его нарочным, и беседа состояла в основном из монолога, коим начальник штаба выказывал свои нервозность и раздражение.

– Удивительно, но за последние часы вы никого не убили, и даже не покалечили.

Право, в этой связи начинаю даже испытывать слабую надежду на ваше соответствие уровню офицера генерального штаба. – Одноглазков сидел за своим столом, откинувшись на спинку кресла и упираясь рукой о край столешницы, – Вы, Сергей Аркадьевич, должны помнить, что состоите в должности, которая делает вас секретоносителем, исходя из чего извольте подбирать соответствующий круг своего общения и манеры поведения. Вам известно, что в Омске одномоментно действуют восемь контрразведок, различной подчинённости? Да-с, с учётом союзнических, и разного рода самостийных атаманских спецслужб, это так. И каждая из них имеет сеть своих агентов и осведомителей. В немалой степени именно поэтому ваше инкогнито было раскрыто на вторые сутки, и вы лишь благодаря своим незаурядным качествам вышли сухим из воды.

Генерал встал из-за стола и не спеша стал вышагивать по кабинету, бросив вскочившему тут-же Туманову: «Сидите». Сделав несколько проходов по паркету он остановился у окна и резко повернулся к Туманову.

– А вот вашим оппонентам из воды довелось всплыть в качестве утопленников! Утром сего дня их выловили из Иртыша, у причала лесничества. Уголовная милиция тела опознала и передала по принадлежности, этим Чёрным гусарам атамана Анненкова. Контрразведка которого, кстати, уже вас усердно разыскивает. Вместе с чешской, французской и английской!

Одноглазков дёрнул в сторону подбородком, помолчал и заново сел в кресло за столом, несколько успокоившись.

– Полковник Львов мне доложил, что ваше причастие к их утоплению или гибели недоказуемо, а значит и не имело место быть. Говоря иначе, уголовная милиция к вам претензий не имеет. Между прочим, по словам полковника – благодаря вашей аккуратности, господин капитан: ваша одежда, в которой вы были в тот вечер, безукоризненно чиста, и не имела никаких следов, похожих на улики. Мои комплименты.