Самое древнее зло II. Надежда Мира

Один боец подполз к рации офицера и начал вызывать подмогу:

– Вертайте аэроплан! Снайпера противника в домах напротив площади Меткой. Квадрат семь-пятьдесят. Бомбите всё!

Мои руки всё ещё связаны за спиной. Отчаянно призывая все силы магических струн, я попробовал создать огонь или что-нибудь ещё, чтобы разорвать путы. Но отзвук струн был крайне слабым. Даже непонятно, почему магоборец решил, что у меня много магических сил?

Пригнувшись, я побежал под прикрытие статуи Меткой. Снайпера не стреляли по мне, но пули так резво отскакивали от плит, что могли задеть и меня.

Во время обстрела магоборец сохранял спокойствие. Игнорируя попадания по его броне, он медленно крутился, оценивая позиции снайперов. Время от времени сообщал солдатам:

– Пятый этаж, третье окно слева. Крыша, бортик между дымоходом и флюгером. Парадные двери дома с круглыми окнами.

Следуя указаниям, солдаты ответили на выстрелы снайперов, вынудив их прекратить огонь и поменять позиции.

В наступившей тишине слышно только урчание моторов магоборца.

Спрятавшись за громадным, размером с лошадь, младенцем у ног Меткой, я снова сосредоточился на отзвуках магических струн. На этот раз у меня получилось вызвать слабое жжение в запястьях. Так как руки были связаны не железными наручниками, а верёвками, скоро они сгорели и упали с рук.

Примитивная магия далась мне с превеликим трудом: я сильно вспотел и часто-часто дышал, будто пробежал марафон.

Тем временем магоборец перешёл к активным действиям, если такое слово можно применить к его неповоротливой, как каток, фигуре.

Из нижнего отсека своего огромного заплечного короба он извлёк гранату, похожую на гантель. Сделав несколько шагов, выбросил руку вверх. Моторы его брони завизжали, выпуская струи пара и разбрызгивая масло.

Со скоростью пули граната влетела в тёмный провал окна третьего этажа. Через мгновение оттуда вырвался сноп пламени и дыма. Вся стена здания не удержалась и обвалилась, открывая межкомнатные перегородки и остатки мебели.

Кто бы наши спасители ни были, они потеряли одного снайпера – его исковерканный труп вылетел из окна вместе со взрывом.

Шатаясь от слабости, я вышел из-за статуи. Узоры рукотворца на моей коже слабо засветились. Между ладонями разгорелся огнешар. Не дожидаясь полной готовности, бросил его в магоборца. А сам едва не потерял сознание от усилия.

Недоделанный огнешар долетел до магоборца и ударил в короб за его спиной.