Сестрёнка Месть

Ханаатец оставил на нём кровавую трещину и без сознания свалился на пол.

В заключение всего напуганный Димон снова выстрелил. Пуля впервые угодила куда надо – в голову пассажира номер два – густые чёрные ошмётки чего-то похожего на фарш из мясной моли разлетелось по полу.

Но желаемой тишины не наступило – весь корпус Сестрёнки дрожал от ударов механических лап чудища, бушующего в трюме.

Прохор подошёл к ханаатцу и потрогал его носком ботинка. Потом подошёл ко мне и помог подняться. И наконец приблизился к Димону, который всё ещё держал ружьё трясущимися руками, повторяя шёпотом:

– Я его что… Я его как… Я его всё?

– Никогда не трогай это, – сказал Прохор и отобрал у Димона ружьё.

9

Димон пытался снять блокировку с дверей кают, а я и Прохор приникли к последнему целому экрану. Алёна продолжала увиливать от преследований механикла. Пробегая мимо камеры, она крикнула:

«Ну же, отцепляйте гондолу!»

– Но ты упадёшь вместе с нею, – сказал я по общей связи.

«Так придумайте что-то! – сказала Алёна, пробегая следующий круг.

Я заметил, что механикл стал двигаться медленнее. Оба прожектора светили тускло.

– Может, продолжишь его выматывать? Сядет батарея.

«Не сядет… – Алёна унеслась вглубь гондолы. Через минуту вернулась, уворачиваясь от обломков и продолжила: – Достигнув минимума заряда, она начинает неизвестным образом генерировать энергию буквально из воздуха, поддерживая базовую работоспособность любого устройства.

Деревянный ящик развалился за её спиной. Алёна побежала дальше.

Как же спасти и гондолу, и Алёну? Чёрт с ним, с грузом, механикл уже раскрошил его в щепки. Но гондола – вторая по стоимости после движков…

Прохор посмотрел на меня и начал набирать на ординатёре команду на отстыковку.

Меня осенило. Я дождался следующего появления канцеляритки перед камерой:

– Алёна, ты можешь мне довериться?

«Нет.

– Тогда держись за что-нибудь.

Я оттолкнул Прохора и перенабрал команду. Отстыковал только передние крепления гондолы, одновременно открывая трюмовые ворота. Гондола повисла на задних крепления, отчего нос аэронефа задрался вверх, мы еле успели ухватиться за перила. Судя по крикам в каютах, Лев Николаевич и Генриетта ухватиться не успели.

Пол гондолы принимал всё более и более вертикальное положение.