Дитрих

Вдалеке послышались сирены, они приближались и их рев рвал воздух. Боец разрядил винтовку, снял бронежилет. Положил флейту и томик стихов во внутренний карман куртки.

“Скорее, скорее.” – думал боец, уходя все дальше в сумрак переулков.

Теперь все изменилось.

Глава 1

Раннее утро. Небо не видно из-за тяжелых облаков. Третий час мы обыскиваем квартал – в полуразрушенных трущобах прячутся те, кто не принимает Порядок. Наш командир, майор Краузе, говорит, что Порядок должен быть всегда и каждый должен ему подчиняться.

Если ты не подчиняешься Порядку, ты опасен. Я в этом не сомневаюсь.

Дитрих Нойманн, боец штурмового отряда. Служу в войсках, как когда-то служил мой отец и как до этого его отец. Наш отряд вызывают только на операции противодействия Сопротивлению и за четыре года после училища я многое успел повидать. Было ли время, когда Сопротивления не было? Я не знаю. Кажется, оно было всегда. Ведь всегда есть кто-то, кто сопротивляется Порядку. Но если раньше в Сопротивлении состоял, скажем, некий поэт и он писал стихи против Порядка, то сейчас ты в Сопротивлении, если ты просто поэт.

Пока не очень понятно? Я объясню.

Вот уже довольно продолжительное время правительство сильно озабочено количеством еды и воды в расчете на одного жителя. Население растет. Ресурсы истощаются. Все силы брошены на воспроизводство продуктов питания и обеспечения жизнедеятельности, а рождаемость строго учитывается. Все подчинено строгому плану воспроизводства ресурсов. По-другому нельзя.

Правительство должно знать, сколько людей нужно кормить и как эти же люди участвуют в производстве еды.

Главное – были запрещены все профессии и занятия, которые прямо не способствовали этим целям. Литература, музыка, поэзия, живопись, искусство одним словом. Писатель стал нахлебником, лишним ртом. Музыкант – праздным тунеядцем. Художник – бесполезным потребителем ценных ресурсов.

Но люди живут и становятся художниками, поэтами и музыкантами. Кто-то под страхом наказания не дает своим талантам выйти наружу – этих мы не трогаем, хотя знаем о них.

Но есть и такие, ради которых приходится часами прочесывать дом за домом, квартал за кварталом. Их судьба незавидна и определена Законом о Противодействии Сопротивлению. Вот так.

По рации объявили о завершении операции. Кого-то поймали и под конвоем увезли в Бюро. Мы сворачиваемся. Как же тут грязно! Наскоро сколоченные даже не дома, а какие-то лачуги. Кругом только нищета и запустение.