Лапы волчьи, характер русский

Она висит на шее, не отделяется. Ребята попробовали прыгать, но тщетно.

Мимо идет боцман.

– Сидите? Ну сидите! – в голосе слышна явная ирония. Полкан гавкнул.

– У! – боцман замахнулся большим черпаком. Бить бы он все равно не стал, поскольку перед этим долго-долго отмывал черпак.

Ребята съежились. Они были очень злы на тех, кто все это подстроил. Ясно кто: враги!

«Это Сыркин! И боцман! И еще этот Черепков… ников. Безобразие»

Веревка тоже враг. Она сжимает очень больно и не дает уйти.

Балтик стал носом ворошить шею Полкану, чтоб нащупать веревкин край.

Ухватить возле шеи не удается. Тогда он стал жевать ту часть веревки, что была подальше, у ящика. Не получается, не рвется. И страшно чешутся зубы. Просто ужас до чего!

И ни одной подходящей вещи рядом. Неподалеку лежит старая подметка, но на ней, кроме запаха земли, есть еще намеки на Климчука. Ребята рассердились и стали бить подметку лапами, почти как в футболе. Довольно скоро подметка отлетела в дальний угол, куда с веревкой не дотянешься.

Скучно.

Балтику пришла одна мысль. Он снова принялся жевать свою веревку, но не яростно, а размеренно. Полкан посмотрел, подумал и тоже стал жевать свою. Этим они занимались невесть сколько времени – наверное, до вечера, поскольку им дали остатки вечерней трапезы. Братья сперва не хотели есть, а потом решили съесть чуть-чуть. В результате они съели все, поскольку не на шутку проголодались. И на следующий день было все то же самое. Они сидели одни и жевали-жевали-жевали свои оковы.

Им удалось немного истрепать веревку.

Когда пришел Нестеров, ему страшно обрадовались – вскакивали, крутили хвостами. Ребята были уверены, что капитан сейчас их освободит. Но он не стал развязывать узлы, напротив – взял оба других конца и повел ребят наверх. Там он что-то говорил про какие-то поводки.

Ребята увидели большой-большой остров. По его зеленым склонам бродят песцы – главные сухопутные звери в этом краю. Однажды одного такого песца чуть за хвост не поймали: он ушел прямо из-под носа, но выстрелом ему отсекло четверть хвоста.

Этот фрагмент всю зиму держали в специальной банке с притертой крышкой, чтобы запах не ослабевал.

– Товарищ капитан, да разве они смогут?

– Пусть учатся – братьям сунули в нос открытую банку. Из-за нее ударил острый запах дикости. Шерсть пахла сама, и вдобавок пропиталась еще чем-то, но тоже от песца. Ребята пришли в волнение.

– Искать этих будем! Поняли? Искать– сказал капитан.