Лето в Кралепоре

– Валер, он не будет расплавляться потом?

– Ты же говорил, в той камере только отрицательные температуры!

– Да! Надо сделать. Валер, а тут еще проводка расходилась. Ребята не трогают, она под потолком. Однако напряжение ненадежно, это видно даже визуально.

– Ну пойдем посмотрим. – все пошли за Валерой и Ларионом. Касторбильд кивком показал: «мы – тоже!». Их официально не приглашали внутрь детского центра; но молодые ребята явно увлечены и не замечают этого. То, что Валера очень молодой, видно.

Но он и не маленький (не из тех, кто недавно закончил школу). Под потолком иногда мелькают искорки. Ларион показал экранчик, где фиксируется напряжение. Если разом включаются многие сильные устройства, искорки появляются.

Валера сразу понял, как исправить.

– Сейчас я сделаю. – он встал на подоконник, и, изогнувшись, дотянулся до проводов. Искры брызнули и пропали. Напряжение выровнялось.

– Там конфликт проводов. Я его устранил.

– Ого! Вы монтажер-электрик? – спросил Фини.

– Нет, у меня высшее образование. Друзья, где термодинамический класс? В подвале?

– И на первом этаже – там лекционные залы, с демонстрациями! – Ларион всех повел по лестницам и коридорам. Касторбильд смотрел на мозаические панно, на фотографии и картины, и на детские поделки. Стю украдкой сфотографировал. Дальше начались только взрослые конструкции. Ларион показал прибор и сразу начал говорить с использованием обширной научной лексики. Касторбильд понимал значения отдельных терминов; Фини решил писать про этот эпизод сугубо литературно – зачем забивать головы читателей вещами, которых они все равно не поймут.

Прибор был очень велик, а трещина пряталась далеко в глубине. Без демонтажа ее устранить, наверное, нельзя. Валера сказал, что можно. В него в сумке были тюбики со специальными растворами, какие-то хитрые многослойные бумажки и оптическое волокно с подсветкой. Валера посветил несколько раз.

– Самое главное – не напутать с двумя первыми направлениями.

Первое-то мы получим сразу. Но вторая полоса должна пролечь точно, не отклоняясь. Ларик, смотри, пожалуйста.

Валера залез внутрь панелей и стал то включать свет, то выключать. Ларион сверху наблюдал за отблесками света, поскольку сам луч не был виден. Внутри прибора огромное число углов. Валера светил минут десять.

– Только в этих местах видно.

– Нет, нужно чтобы здесь прошло. Значит, будем светить иначе. Замечательные полы здесь.