Лучшие друзья зайцев

Издалека он видел, как парни в шутку дерутся на берегу озера. Светлана дает советы, как ударить побольнее, используя мужской волчий жаргон. Отцу было неприятно слышать от дочери грубые слова. Он постоял немного, обошел вокруг и выскочил прямо перед парнями.

Никто не заметил, как он подобрался.

– Ребятки. Я полагаю, вы уже достаточно погуляли. Идем за мной.

Поджав хвосты, парни пошли следом. Им уже лет 17-18. Но если отец Светланы скажет родителям, что они не слушались старших (а он давно старший), их скорей всего очень неприятно отлупят.

Всю дорогу отец Светланы не выпускал ее руки и шагал очень быстро. Недалеко от поселка он велел парням идти домой, а сам повернул в сторону железной дороги.

– Куда мы, пап? – испугалась Светлана.

– Домой. – Отец пересек железную дорогу, прошелся по той стороне, затем вернулся на эту сторону. Сделав очень хитрую петлю, он вернулся на их участок. По-прежнему не отпуская Светлану, он ввел ее в дом, поднялся на второй этаж, к ее личной комнате.

На открытой полке лежит ремень.

– Ты меня обманул! Уже приготовился! – Светлана попыталась выскочить, но отец схватил ее за волосы, прямо у головы. Сдавил и слегка развернул ее лицо к себе. Светлана не выражала ни малейшей покорности. Тогда он резко дернул рукой, и Светлана едва не стукнулась о кровать. Волосы в кулаке.

– Светка. Зачем тебе подростки? Они еще глупенькие.

– Они не хуже тебя!

– Ах вот ты как меня ценишь!! – он хлестнул ее ремнем по голой ноге. – Я же. Тебя просил.

Тебе нравится болтаться?

– Нравится! – крикнула она с вызовом.

Ремень защелкал.

– «Нравится!» Посмотрите, что ей нравится! А так – нравится? А после этого – нравится?!

Он бил ее ремнем по ногам, не задевая при этом колени и пальцы. Несколько раз хлестнул по хвосту. Светлана не кричала, не умоляла и не сопротивлялась; но согласия в ней также не было. Поэтому отец не переставал.

Наконец Светлана уткнула лицо в подушку. Ремень сразу опустился.

– Все-все-все. Причешись, смени экипировку и начнем советоваться.

Отец быстро прошел к своей комнате. Там он скомкал ремень и с ненавистью зашвырнул им в угол. Ему уже было очень жалко дочь, и было стыдно перед ней. Когда он вернулся, Светлана все еще сидела на полу и смотрела вперед насупленно.

– Перестань. – Он поднял ее, посадил на кровать и стал сам расчесывать ее длинные густые волосы. Потом он сделал ей простую, но симпатичную прическу.

– Пойдем, наденешь мамино платье.