Ведя Взмокин – наш товарищ

«Почему это я несчастный», хотел сказать Ведя, но сказал совсем другое:

– Какая тут гармония! Хаос и грязь кругом! И орут ваши олухи нечто бессвязное! Уши стонут.

Хозяин дернулся – и как будто задрожал:

– Ты что же, не в восторге от нашего пения и порядка, несчастный игрун?

– Где тут, позвольте спросить, порядок? Пьянство перекошенных физиономий? Так это не порядок, а бардак! Один! А те «певчие» – бездарности! И что это за стихи такие – из двух букв? Не умеете сочинять, а еще беретесь.

Хозяин задрожал еще сильнее:

– Ты что же – ругаешь то, что заведено великими мудрецами самого великого Вор-Юн-Гака? Ты смеешь ругать настоящее?

–Да какое оно настоящее! – Ведя понял, что засыпался вконец, но уже не мог остановиться.

До того противна была картина вокруг. – Да у вас все ненастоящее – плоды ненастоящие, песни ненастоящие, только рожи жуткие (ну никак он не мог обойти рожи), вообще атмосфера жуткая, никто ничего не сообража…

Хозяин вдруг исчез:

– Покарать несчастного игруна.

– Тоже мне – напугали! – сказал Ведя, глядя как две огромные клыкастые твари вдруг выросли ниоткуда и движутся на него. – Напугали. Олухи бездарные. Тварей пригнали. А может они тоже – ненастоящие…

Твари с грохотом кинулись на Ведю.

А в другом конце вертепа две похожие гладкомордые твари бросились на парня-«мохнатца». Тот упал и кажется, печаль была рядом. Но пролетавший рядом Ведя ослепил их чьей-то брагой (на бегу он выхватил одну кадушку у семирукого типа).

– Бежимте, товарищ!!!

В запасе было целых три мига.

Ведя и парень молнией вылетели на свет. Но за ними мчались гладкомордые.

Перед тем, как разбежаться в стороны, Ведя спросил парня:

– Вы не знаете – каким концом тут – ближе – к выходу?

Парень махнул мохнатой лапой:

– А, это… туда.

– Спасибо.

Ведя Взмокин полетел как ветер, но гладкомордые не отставали. Он петлял и кружил, прыгал в подвалы, легко перемахивал через изгороди – гладкомордые прилипли как патока.

Внезапно впереди оказался глухой тупик.

–Ах чтоб вас всех!

Ведя Взмокин героически полез в какую-то щель.

Щель выбросила его на широкую улицу с белой дорогой. По ней бежал мохнатый парень, а в штанах его зияли прорехи.

– Еще раз простите… – проговорил Ведя, догнав «мохнатца»,– та дорога как-то не очень… нет ли другого пути?

– А, это.. там. – «мохнатец» махнул в другую сторону.

Ведя побежал и попал в какую-то гигантскую паутину.