Палата на солнечной стороне. Новые байки добрых психиатров

Последние две ночи почти не спал. А сегодня с утра плюнул и пошел на прием.

– Матвей Егорович, это называется – вы счастливо нашли друг друга. Ведь, по сути своей, вся страховая система держится на навязчивом опасении клиента, что наступит страховой случай. И прямая должностная обязанность страхового агента – привить клиенту такую обсессию.

– Но ведь это же причинение вреда психическому здоровью граждан! – взвился Матвей Егорович. – Надо что-то с этим делать!

– Увы, – развел я руками. – Мы связаны по рукам и ногам.

Да и как отменишь всю систему? Вряд ли такой радикальный подход годится. Разве что точечно, по каждому конкретному случаю слишком ретивого навязывания страховых услуг – и то в порядке частной инициативы пострадавшего.

– Будет, будет инициатива! – аж потер руки в предвкушении Матвей Егорович. – Выписывайте мне, доктор, самые лучшие лекарства, назначайте самого именитого психотерапевта, я начну курс лечения. А заодно все чеки соберу. Чтобы было что предъявить, когда подам иск о моральном вреде и непоправимом ущербе психике.

Чем закончилась эта тяжба и начиналась ли она вообще, я не знаю – вскоре ушел в отпуск, а потом этого пациента уже не видел, причем долго. Наверное, все же ушел его навязчивый страх. Ведь у человека появилась цель – наказать того, кто ему этот страх привил.

А Гарри Поттера уже выписали!

Знаете, иногда очень жалеешь, что фотоаппарат неудобно постоянно носить с собой. Даже не так: носить-то я пробовал, моя супермыльница даже на пояс в чехле крепится, но это все же не револьвер героя вестерна: пока расстегнешь чехол, пока достанешь, пока она включится… А в тот день нужен был именно эдакий фоторевольвер.

Впрочем, все по порядку.

Представьте себе уютный дурдомашний дворик, по трем сторонам ограниченный трехэтажными крыльями нашего заведения. Рябины, щедро усыпанные гроздьями алых ягод, яблони, чьи ветви согнулись от урожая – яблочный год выдался.

Конец первой смены. Стою с коллегами, вышедшими на перекур. Болтаем о превратностях погоды, о недавнем ливне, чуть было не отрезавшем нашу больницу от шоссе – въезд-то в низинке расположен. В общем, о чем угодно, лишь бы работу не вспоминать.

И вдруг чуть вдалеке, на уровне второго этажа – звук удара чего-то увесистого о стекло, чей-то обсценно-удивленный возглас, и следом: «Кыш, пошла отсюда!» И мы как завороженные провожаем взглядом крупную сову.