Стая

Свен понял, что даже не будет скучать. Здесь его держала лишь одна вещица. Фотография мамы, той, которую он всё ещё надеялся найти.

Вдруг зазвонил домашний телефон. Свен снял трубку и перевернул её так, что она смотрела вверх. Оттуда доносился разгневанный крик Готфрида:

– Что ты себе позволяешь? Что за цирк в департаменте?

Но Свен в ответ лишь вновь залился смехом. Потом встал и вышел из квартиры, а телефон уже гудел об окончании вызова. Но Свену уже было плевать.

13

Свен договорился о встрече с Зайнером и спешил к его дому.

Теперь дом Хальстрёма был в машине. И во всём этом пусть и не хватало комфорта, но уж точно ощущался дух свободы. Свен теперь не был скован четырьмя стенами, и к тому же мог быть в розыске. Готфрид явно был недоволен и настучал куда следует. Теперь надеяться можно было лишь на себя и на небольшой револьвер, который лежал в кармане пальто.

Его родные места сменились незнакомыми фасадами, заснеженными с головы до ног. Швеция была удивительно красива зимой. Словно все скучные переулки разом становились сводами дворца Снежной Королевы.

Быть может зиму можно не любить за холод, но простить вполне возможно, лишь только взглянув на эту ледяную тишину, с манящей неизвестностью.

***

Зайнер был в курсе того, что Свена ищут, поэтому предложил встретиться в небольшом ресторане на другом конце города, где никто не станет искать Хальстрёма. Парковочные места были заботливо расчищены для посетителей, чтобы не нервировать их после тяжёлого трудового дня.

Свен поставил автомобиль рядом с новеньким «Фольксвагеном», владельцем которого, судя по всему был очередной дядя со связями.

Догадка Свена оказалась правдивой. Из ресторана вышел крупный мужчина лет сорока пяти. Одет был весьма богато, что соответствовало его машине. Он волок за волосы девушку лет двадцати. Та была крайне растеряна и напугана, тушь размазалась по лицу и вся она выглядела печально. Мужчина кричал на неё и продолжал волочить за собой.

Свену стало не по себе, от такого отношения к женщине, ведь он считал, что нет человека важнее матери – оттуда и его уважение к противоположному полу.

Хальстрём до последнего останавливал себя от вмешательства. Но что-то переломило его, и он вспылил.

Свен подошёл к мужчине и резко спросил:

– Что она вам сделала?

– А тебе что? Ты её выгораживать вздумал?

– А если так, то что?

– Тогда мне будет приятнее расправляться с тобой.

– Так что она сделала?

– С меня взяли штраф за курение.