Люди желтых плащей

– Вроде чуть угомонилась, – отвечает Женя. – Ужас какой-то… – он с укором смотрит на меня: – Ну, и как ты собираешься оставить её одну? Она же помрёт к вечеру!

– Не помрёт, – отвечаю. – Поплачет, проголодается, и пойдёт есть.

Я не лукавлю: воли к жизни в моей бабке побольше чем у некоторых молодых. Врачи её столько раз хоронили, а она ничего, живёт.

Пока мы препираемся, Ваня с Артом заканчивают переносить наши трофеи из «Октавии» во двор.

Производим инвентаризацию. Начинаем, конечно, со стрелкового оружия.

У нас джек-пот: пара помповых «Ремингтонов 870», пара помповых «Моссбергов 500», два карабина «Сайга 12», и ещё четыре «Ижа» – пара 12-х и пара 27-х. Все модификации рассчитаны на 12-й калибр, коробки с боеприпасами битком набиты в садок. Есть все варианты: пулевые, дробовые, картечь. Да, и вдобавок арбалет «Мангуст» российского производства, если верить надписи на цевье. В кивере для стрел четыре углепластиковые стрелы.

Ну, и остальное по мелочам: десять охотничьих ножей с фиксированным клинком разной длины, с полдюжины капканов на мелкую дичь, две газовые плиты и упаковка баллончиков к ним, два мотка хорошей альпинистской верёвки, две трёхместные палатки, два походных рюкзака, с десяток фляжек и фонариков, пара раций с упаковкой батареек, а также полный ягдташ медикаментов.

Рыболовные снасти мы не брали – у моего отца в сарае столько, что хватит укомплектовать командный рыболовный марафон.

В самом конце мы достаём свёртки с дождевыми плащами.

– А это ещё зачем? – хмурится Женя, и вдруг прозревает: – А, понял! Туплю…

Оглядывая сваленные в кучу на столе сокровища, мы радуемся, как дети.

Наличие огнестрельного оружия мгновенно возносит нас на вершину пищевой цепи, делая самыми опасными хищниками в урбанистических джунглях.

Осталось только научиться всем этим пользоваться.

– Кто-нибудь умеет стрелять? – задаю вопрос.

Лес рук.

Ага, ясно. Значит, никто.

– Окей. А перезаряжать?

Желающих продемонстрировать свой талант значительно меньше. Это тебе не на спусковой крючок давить.

Мы – одомашненные хищники, не привыкшие к суровым будням дикой природы.

– Да чо там делать! – выступает вперёд Ваня, выплёвывая сигарету. – Дайте сюда!

– Вано, погодь, – осаживает его Михась. – Ты у нас, конечно, Рембо, но тут всем надо попрактиковаться. И, кстати, у нас есть неплохая возможность. Больше скажу: у нас есть мишень.

Я недоуменно вскидываю брови:

– Мишень?

Михась, Арт и Женя заговорщически переглядываются.