побудьте понятым

И какой-нибудь грех, чаще всего любодейского характера, действительно сразу же всплывал в памяти после этих слов. Насколько к этому серьёзно можно относиться, слава главного грешника за Лёхой закрепилась основательно. Как и за оперативным дежурным Перелезковым. На пару они всегда в дежурные недели становились «соучастниками» самых серьёзных преступлений, на уровне посёлка, конечно. И почему-то больше других Лёху подначивал в грехах именно Перелезков.

После очередной немой исповеди Перелезкову Лёха зашёл в кабинет оперов.

Остальные члены группы – участковый, опер, водитель – были уже там. Эксперт-криминалист, как обычно, задерживался дольше всех. Потому что пенсия вот-вот, а он на два района – ценный кадр. Эксперта-судмедика отродясь в Ангалымске не было – он приезжал из соседнего города только на вскрытие. Через полчаса подъехал криминалист, и все тронулись на буханке в Семиболотинск.

Дорога туда – сплошные взлёты и падения среди тайги. И гравий. На дальних расстояниях Лёха сразу окунался в дрёму, заодно пролистывая в уме фотографии прошлого.

Фотография первая, на которой Лёха пляшет в День Прокуратуры

– В общем, спасибо огромное, что приняли меня, – держа бокал, подытожил свой немногословный тост Лёха. – Постараюсь не подвести, – при этом смотрел он не на своего начальника Алекбаева, а на заместителя прокурора Шевцову.

– Ещё не приняли – ещё не аттестовали, – съязвил Алекбаев, видимо, поймавший взгляд не в ту сторону.

– Эх, Лёха, тебя тост попросили, а ты развёл тут.

Ты же умеешь тостовать, – сказала зампрокурора Шевцова.

– Что на уме, то и на языке – чистосердечно, – Лёха не верил, что умеет тостовать, но заметил, что его часто просят. Может, для тренировки, может, потому, что новые мысли нового человека звучат за столом. Может, как самого трезвого, говорящего тосты исключительно за бокалом минералки. А может, просто на потеху, на «наивного чукотского парня» посмотреть. Но его речь действительно была сейчас не к месту.

Потому что праздновали день Прокуратуры, а не Лёхино назначение.

Все вместе – судьи, адвокаты, следователи. Разве только без РОВД – те считались другой кастой, дружившей только между своими.

– Всё хорошо, Лёха, только стержень тебе ещё нужен. И два дела в месяц. И пахать, пахать на аттестацию. И стержень, – сказала Шевцова.

– Ещё не приняли, – повторил невпопад Алекбаев, быстро пьянея и заплетаясь языком за рюмку. Алекбаев работал старшим следователем до Лёхи всего года три.