Аристарх Игнатьев. Герой по найму

И в случае успеха гонорар тебя приятно удивит.

– А если я не тот, кто вам нужен, и у меня ничего не получится?

– Тогда нам придётся тебя убить, – Кудрявцева наигранно растянула губы в зловещей улыбке. – Сначала Старосельцев тебя застрелит, после сломает шейные позвонки и утопит в реке.

– Очень смешно, – Игнатьев озадаченно вздохнул.

– И поверь мне, Петрович, когда всё же найдут твой изувеченный труп, главный прокурор Российской Федерации лично объявит, что всё произошедшее – несчастный случай.

– Твой отец действительно настолько крут?

Евгения утвердительно кивнула головой, что, по сути, и являлось ответом на поставленный вопрос.

– И зачем такому крутому парню, как твой отец, такой законченный неудачник, как я? – Игнатьев задумчиво почесал щёку. – Странно. Какой с меня на фиг соблазнитель. Мне вон даже соседка взаимностью не отвечает. Говорит, что я мудак.

– Правильно говорит, Петрович, – Кудрявцева присела за стол. – Проблему можно решить лишь тогда, когда признаёшь её присутствие в твоей жизни.

А то так до конца своих дней и будешь жить без денег, женской ласки и мужского уважения.

– Может, я за пивом сбегаю? – Игнатьев доверчиво заглянул в глаза своего куратора.

– Баста, – жёстко отрезала Кудрявцева. – Всё! Сухой закон. На работе пить нельзя, а график у тебя ненормированный. Понимаешь?

– Вот попал, – тихо произнёс Игнатьев. – Может, всё-таки разбежимся, пока не поздно?

– Поздно, Петрович.

– Точно?

– Ты руку отцу жал? – Кудрявцева напомнила о заключённой сделке.

 – Головой кивал?

Аристарх Петрович, будучи человеком слова, не мог нарушить данное обещание даже вопреки жгучему желанию опохмелиться. Он снял с полки две кружки и, бросив в них чайные пакетики, искренне улыбнулся своей новоиспечённой подруге.

– Тебе сахар тростниковый или с лимоном?

Глава 5

Владелица элитного мехового салона пребывала в состоянии крайней неопределённости, когда, как говорится, и замуж невтерпёж, да никто не берёт.

Раиса Михайловна Круглова замуж не торопилась, там она была и об этом месте знала многое. Подводные камни раннего брака навсегда отбили у коренной москвички желание вновь примерить на себя белое свадебное платье и выпить бокал шампанского под аккомпанемент бессмертного творения Мендельсона. Раиса Михайловна как не доверяла штампу в паспорте во времена беспечной молодости, так не верила в его магическую силу и на рубеже сорока пяти лет.