Аристарх Игнатьев. Герой по найму

Героиня Боярской не кто иная, как Анна Васильевна Тимирёва. Возлюбленная Верховного правителя России, адмирала Колчака.

Кудрявцева медленно переваривала полученную информацию. Она и представить не могла, что след стариной броши заведёт её так далеко.

– И вы утверждаете, что эта брошь, – Кудрявцева указала на стол. – Она принадлежала Тимирёвой?

– Я практически уверен в этом, – восторженно воскликнул Зубко. – Вот посмотрите.

Аспирант присел и начал копаться в своей папке. Наконец, он извлёк лист, на котором была изображена копия фотографии Анна Васильевны.

Пышное бальное платье навевало мысли о прошлом столетии. Справа от груди, ближе к плечу, была приколота брошь.

– Вот держите, – Зубко протянул лист профессору. – Посмотрите.

Шихман не верил в пустые доводы, а потому отнёсся к сомнительному доказательству с лёгким недоверием. Он долго рассматривал снимок, после чего протянул его Кудрявцевой.

– Брошь, безусловно, схожа с нашей. Но снимок неточный. Прямых доказательств нет.

– Есть, – аспирант решил оперировать неопровержимыми фактами.

 – Если фотографию можно трактовать двояко, то с архивными записями не поспоришь.

Виктор вновь погрузился в глубины собранного материала. Он вытянул несколько листов из середины папки и с видом победителя чинно уселся на стул. Зубко взял в руку брошь и указал на камень.

– В основном подобные броши украшали гранатом, либо же аметистом. Использование янтаря было редкостью. Что само по себе делает это изделие штучным товаром.

Аспирант вернул брошь на место и зачитал короткий отрывок из архивной хроники.

Сама запись являла собой не что иное, как воспоминания Анны Тимирёвой.

– Серебряная брошь с крупным янтарём была изготовлена по заказу Александра Васильевича Колчака. Адмирал лично преподнёс мне свой подарок в знак вечной любви и верности.

Зубко хитро улыбнулся.

– Продолжать?

– Не стоит, – Шихман прервал своего ученика. – Поздравляю вас, Виктор. Только что вы раскрыли ещё одну историческую тайну. Удивительно, после смерти Александра Васильевича прошло почти сто лет.

А следы его жизни до сих пор бродят по миру. Действительно, чудеса.

Виктор Зубко до сих пор находился под впечатлением внезапно открывшейся истины. Он вопросительно взглянул на Кудрявцеву и задумчиво почесал затылок.

– Простите. А откуда у вас эта вещь?

Евгения не знала, что ей делать с внезапной правдой. Она пока не понимала, каким образом её семья была связана с именитым военачальником и его возлюбленной дамой.