Мариша, Месть, Леся

Она вернулась домой под утро. Дети еще спали. «Пусть спят как можно дольше… – подумала Марина. – Но все равно придется сказать… Нет! Нет! Нет! Я не смогу!..»

Она упала в то самое кресло, где еще несколько часов назад сидел ее муж. Она хотела заплакать, но в глазах и в сердце было сухо, как в пустыне. Она хотела позвонить подругам, но тут же слишком ясно услышала их голоса, лицемерно соболезнующие, и осталась в кресле.

Она посмотрела на разбросанные по всей кухне листы, – санитары слишком неаккуратно обращались с носилками.

Марина встала и собрала все обратно в папку и только потом стала перебирать рукописи. Марина когда-то читала все это… Когда это было? Сколько веков назад? Она не знала. Время теперь не имело значения. Теперь ничего не имело значения.

Марина положила раскрытую папку на колени и стала читать.

«…Этот мир подобен детскому калейдоскопу. Такой же яркий, такой же красивый, и узоры в нем сменяют друг друга, стоит только пошевелить рукой… Мы так внимательно смотрим на эти узоры, что нам начинает казаться, будто они меняются сами по себе, а мы лишь наблюдатели, не способные ничего изменить.

Но это не так. Лишь наша рука вращает калейдоскоп жизни. Мы всегда вправе и в силах изменить все, что хотим…»

Вдруг пересохшее от невыносимой тоски сердце Марины наполнилось слезами, и они, найдя выход, стали капать из глаз прямо на бумагу.

– Как же я могу изменить что-то сейчас, любимый? – прошептала она. – Как мне повернуть калейдоскоп чуть-чуть назад? Ведь стоило мне забрать тогда эти проклятые таблетки и… Как же мне повернуть наш калейдоскоп? Я не хочу смотреть на него без тебя! Пусть он повернется! Пусть он повернется!.

.

Безмолвная молитва гулко звучала в ее голове в унисон с тоскующим сердцем. Казалось, это молитва проникла во все, даже самые отдаленные уголки вселенной…

И вдруг что-то неуловимо изменилось.

Марина оказалась в комнате с детьми. Они не спали. Уже не спали или еще не спали?..

– Мариша! – неожиданно раздался из соседней комнаты голос мужа.

Внутри у Марины все оборвалось, а потом сердце забилось с огромной скоростью, словно табун диких лошадей несся по степи.

– Да, дорогой! – откликнулась она, с трудом сдерживая себя.

– Мариша, у меня опять…

– Что случилось? – Марина немедленно перенеслась в нужную комнату.

– Опять сердце покалывает… Что с этим делать, не знаю…

– Доктор же сказал… Пойдем! – Марина решительно взяла мужа за руку и потащила на кухню.