Право на месть

 – Причем едоков у вас сегодня будет на одного больше. Догадываешься кто этот один?

– Да это-то ладно, – махнул рукой украинский подполковник. – Там этой тушенки один хер еще целый ящик, давно уже в зубах навязла…

Тушенки действительно оказалось вволю, да и устроились караульщики в теплушке со всем возможным в подобных спартанских условиях комфортом. Внутренности вагона имели вполне обжитый и старательно окультуренный вид. На крепко сбитых деревянных нарах, разместились одинаково серые набитые настоящим пухом натовские спальники.

Подле сооруженного из ящиков стола притулились сколоченные из гладких оструганных досок скамьи. Сумки и рюкзаки с вещами и продуктами аккуратно сложены вдоль вагонной стенки. Дальний угол деликатно прикрыт брезентовой ширмой. А прямо посреди теплушки весело потрескивает плюясь безобидными искрами самая настоящая печка буржуйка. Даже в эпоху космических полетов и нанотехнологий ничего более уютного и удобного для обустройства нехитрого солдатского быта так и не придумали.

Кроме Померанца в теплушке обнаружились четверо сумрачных контрабасов при ремнях и полном боевом снаряжении, да совсем лопоухого вида лейтеха – начальник караула. Едва войдя в распахнутую дверь Померанец грозно рыкнул на личный состав и поднялась деловитая суета, всегда предшествующая даже самому немудрящему банкету. А встречу старых друзей всенепременно полагалось отметить. Севастьянов удобно устроившись на широкой скамье с удовольствием наблюдал за тем, как служивший столешницей щит из досок стремительно преображается, превращаясь в уставляемую шкворчащими жиром пайковыми банками, железными мисками и кружками скатерть самобранку.

– Так, орлы и вороны! – сурово сведя к переносице густые брови обратился к бойцам Померанец. – Двое с оружием на улицу к полувагону. Смена через два часа. Этой ночью караулим по полной программе, все-таки в другой стране находимся. Надо не ударить в грязь лицом. Тарасенко, ты приглядывай за ними. А то расслабились что-то в последнее время твои хлопцы.

Розовощекий лейтенант с серьезным видом кивнул, окинув замерших бойцов грозным командирским взглядом.

– Все, выполнять! – разрешил Померанец. – Свободная смена к столу. Ужин подан.

Севастьянов с легкой усмешкой на губах следил за тем, как Померанец увлеченно изображает сурового и требовательного начальника, вспоминая про себя, что раньше особой склонности к дисциплине за нынешним подполковником отнюдь не замечалось. Скорее наоборот.