Право на месть

Но все равно чувствуешь себя в этих коридорах как-то неуютно, хоть и осознаешь умом, что никаких грехов за тобой нет и даже наоборот есть немалые заслуги перед тем самым государством, безопасность которого неусыпно берегут ребята в костюмах мышиного цвета. Ан нет, видно так глубоко вбит в нас, русских, страх перед бездушной репрессивной машиной, что до сих пор нет-нет да и сожмет сердце холодными скользкими пальцами, дохнет леденящим дыханием лубянских подвалов. Иррациональный, не подкрепленный никакими разумными доводами и основаниями ужас, вписанный в самые глубокие, заповедные тайники души… существующий как бы помимо нас самих…

Закусив губу и усилием воли стряхнув вялую немощь так некстати охватившую сильное тренированное тело, Севастьянов несколько громче, чем требовалось, стукнул в дверь костяшками пальцев, и не давая себе шанса на отступление решительно распахнул ее широко шагнув в просторный кабинет.

Шагнул с тем же щемящим, обрывающим что-то в животе чувством с каким в свое время сделал первый раз шаг в разверстую пасть самолетного люка, так же как впервые выходил в детстве на ринг, а совсем пацаненком нарочно входил в темную комнату, приучая себя не бояться.

Впрочем, ничего страшного с ним и не случилось. Хозяин кабинета, моложавый мужчина с умными залысинами и тонкими интеллигентными чертами лица, оторвался от стоящего перед ним ноутбука и вопросительно взглянул в глаза посетителю. Севастьянов сразу обратил внимание на профессиональную цепкость его взгляда, кажется будто просто посмотрел, а на самом деле словно сфотографировал навечно, откладывая в специальную ячейку памяти, причем успел «щелкнуть» своим внутренним фотоаппаратом как минимум три раза: фас крупно, общий план и стандартное фото на документы, три на четыре, по грудь с уголком для печати.

– Подполковник Севастьянов, – отрекомендоваться получилось достойно, коротко и по-деловому, с четким офицерским полупоклоном.

В последний момент он все же успел поймать и проглотить так и прыгнувшее на язык угодливо-вертлявое: «Вызывали?» и мысленно поздравил себя с этой маленькой победой над собственным страхом, подумав мельком, что это хорошее начало, сулящее, возможно и общий выигрышный счет встречи.

Фээсбэшник меж тем расплылся в дружелюбной улыбке привставая из-за стола и всем своим видом демонстрируя намерение лично проводить дорогого гостя в центр кабинета. Намерение это впрочем так и осталось лишь демонстрацией радушия, правда, достаточно убедительной.