Полесский шаман

И упреждая мой вопрос, продолжил: – Мишура все это. Все эти возможности, которыми бредят люди из глубинки. Работа, магазины, дорогие машины, концерты. Словно лампочки и гирлянды в казино, вся эта мишура застит глаза. А по факту, днем ты сидишь в одной каменной коробке, ночью в другой, и хаваешь суррогат жизни по зомбоящику, переработанный и тщательно упакованный. И изо дня в день повторяется бесконечный цикл дом-работа-дом. Беличье колесо.

Однажды ты просыпаешься, смотришь в зеркало. А на тебя смотрит старик.

Ну и где вся эта жизнь? Театры, музеи и прочие развлечения? А не было их.

Я тоже какое-то время жил, как все, – продолжал Сергей. – Света белого не видел. На работу идешь – солнца еще нет. С работы идешь – его уже нет. На вопрос: "Чудный сегодня был денек, а?" – хотелось плюнуть в рожу. Но отвечал, ничтоже сумняшеся: "Правда? Я и не заметил".

Надоело мне все. Не для того я родился на свет, что бы проспать всю жизнь в летаргическом сне. Ушел я из города, и в первый же день, вздохнув полной грудью, почувствовал, вот она, настоящая жизнь.

Теперь я каждую секунду наслаждаюсь ею, всеми порами впитываю до ее мельчайших капелек.

Он встал, потянулся, подняв голову вверх. Суставы затрещали. Он закрыл глаза, лицо озарила улыбка.

– Серега, не поверишь. Я чувствую то же самое, – сказал я, потрясенный его историей.

– Да я и не сомневаюсь, – продолжая улыбаться, ответил Сергей.

Раздался пронзительный гудок скутера, извещающий, что кушать подано.

Во время обеда все молчали.

Тишину нарушал только лязг ложек. На первое Павловна приготовила суп с фрикадельками. На второе была "бабка" – драная картошка, запеченная в чугунке вперемешку с фаршем. Ммм, пальчики оближешь. Обычно, в столовых общепита вместо фарша кладут порезанное сало. Что, на мой взгляд, абсолютно портит вкус этого замечательного блюда. Другое дело, когда дома на праздник, хозяйки готовят бабку с кусочками мяса, будь-то свинина или говядина. Тоже весьма неплохо. Но больше всего я люблю с фаршем.

Леник первый нарушил тишину. Он уже поел, и рассыпался в благодарностях, умасливая Павловну, чтобы получить добавки. За ним потянулись все остальные. Каждый высказал свое почтение хозяйке за прекрасный обед.

После еды, пока все не разошлись, Гена сказал:

– Друг ко мне сегодня должен приехать, с Гомсельмаша. Что-то у него с семьей не лады. Хочет поговорить о наболевшем. Давайте вечерком все соберемся у костра. Поговорим, поддержим его, авось полегчает.