Четыре четверти страха

Думаю, чтобы хоть как-то объяснить свой непростой выбор, потому что добровольно уйти из жизни нелегко.

К тому же после их смерти у всех любящих и близких существует только одна мучительная и не дающая покоя мысль: «Как так могло случиться? Что мы сделали не так? Чем могли бы помочь? Почему не уберегли?»

Если человек оставил записку, то этим он либо хотел обвинить тех, кто его довел до самоубийства, либо таким образом желал, чтобы за него отомстили, либо просил, чтобы его близкие не считали себя виноватыми.

По моему мнению, гораздо хуже, когда человек заканчивает свою жизнь так нелепо, бессмысленно и ужасно, не оставляя никаких намеков на причину своего ухода.

– Что было в записке Димы? – с замиранием сердца спросил Эдуард.

– В этом-то все и дело, – ответил Антон Николаевич, проведя кончиками пальцев теперь уже по правой щеке. – Это необычная записка. Там нет угроз этому жестокому и несправедливому миру, нет пожеланий для родных не винить себя. Там какой-то странный афоризм, который, как мы надеемся, вы сможете помочь разгадать.

– И что это за афоризм? – Эдуард снова немигающими глазами уставился на Антона Николаевича.

Доктор уткнулся в папку, что лежала у него на столе, перелистнул несколько страниц, выискивая нужное место, потом ткнул в середину папки пальцем.

– «Наслаждайся маленькими вещами, – прочитал он, – однажды ты оглянешься назад и поймешь, что они были огромными».

Эдуард некоторое время смотрел на Антона Николаевича, а тот в свою очередь оторвал глаза от папки и взглянул Эдуарду прямо в глаза.

– Вам это что-нибудь говорит? – спросил он.

– Не припомню ничего подобного, – ответил Эдуард. – А если честно, то вообще в первый раз это слышу.

– Постарайтесь вспомнить, – Антон Николаевич не сводил глаз с Эдуарда. – Это очень важно.

– Нет! – твердо ответил Эдуард. – Я уверен в том, что никогда в жизни ничего подобного не слышал.

– Я знаю автора этого афоризма, – сказал Антон Николаевич, по-прежнему глядя на Эдуарда.

 – Но понятия не имею, почему Дмитрий остановился именно на нем. Я думал, что, может быть, для вас этот афоризм значит что-нибудь особенное.

– Что за автор? – с нетерпением спросил Эдуард.

– Курт Воннегут, – ответил Антон Николаевич, – американский писатель-сатирик. В какой-то степени фантаст. Очень своеобразный фантаст, я хочу сказать. Конечно, со всеми его произведениями я не очень хорошо знаком, так как фантастику не слишком люблю, но две книги я осилил.