Курсанты – 3

Построение было на большом плацу. Разводы, к сожалению, никто не отменял. Ника с Макаром уже стояли и о чем-то тихо спорили. Фальцева отказывалась переходить на обычную одежду, хотя мне показалось, что уже весь институт знает про ее положении.

Не знаю, что у них постоянно происходило, но иногда мне думалось, что они попросту не умеют жить дружно. Хотя что уж сложного… Да, понимаю, ситуация непростая, но уверена, что они справятся.

– Давайте взорвем учебный отдел?

Из строя доносились стоны. Мы стояли по группам, и ситуация у всех была примерно одна и та же.

Вчера днем было четыре лекции. Четыре! Да еще какие! Все по сложным предметам, на которых не поспишь.

А сегодня по ним же семинары. По всем четырем. Это как вообще называется? Даже Груша возмущался, а желающих сходить в наряд стало в разы больше.

Но учебный отдел смотрел на нас как на восьмое чудо света. Мол, совсем уже сдурели? Что значит, ошибка в расписании?! Они святые люди, и работники столетия не ошибаются!

Финалочкой было искрометное:

– Да и вот же все с вами понятно.

Вы же та самая группа, что заслуженного преподавателя выжила.

Моему возмущению не было предела. Хотелось буквально стонать, но на суть дела это никак не влияло. Пошли готовиться к первому семинару. Процесс уголовный.

Вел не Копов, и как-то все прошло напряженно, но тем не менее относительно спокойно. Блистала, как всегда, Фпльцева. Мне казалось, что именно этот предмет стал по-настоящему ее звездным часом.

С ней дискутировали, с ней считались, ее мнением искренне интересовались.

Ну и плюс ко всему, она иногда такие скользкие моменты знала, что даже мы охреневали.

Перед первым семинаром по гражданскому процессу мы сидели на перемене, пытаясь поймать дзен.

– Вероника, в можно мы тебя просто клонируем? А? Ну, чтобы ты за всех нас отвечала.

Бледная Вероника грызла яблоко. Все уже знали, что периодически ее треплет токсикоз. Она же призналась, что именно учеба ее спасает от этой заразы.

– Я не против. Глядишь, тошнило бы меньше.

Девчонки засмеялись. Аленка глядела на нее во все глаза. Мне кажется, Иванова узрела свой самый большой страх в ситуации Ники. Вот и сейчас она со странным благоговением спросила:

– Блин, как ты в таком состоянии еще и учишься.

– Главное, чтобы, когда родит, училась. Наслышана я про местные обычаи относительно молодых матерей-курсанток.

Настя Маркевченко, как всегда, со знанием дела высказывала свое мнение. Не девчонка, а просто кладезь информации обо всем.