Академия наездников. Игрок

Наклонился ниже, чтобы услышать:

– Холодно, больно! Согрей меня, прошу! Пожалуйста…

Накрыл ее пуховым одеялом, но она все равно не успокаивалась:

– Я замерзаю, мне холодно! Согрей меня, прошу… Мне страшно!

Положил руку ей на лоб, и тонкая девичья ладонь тут же вцепилась в нее мертвой хваткой. Пытался забрать, отстраниться, пока не поздно, но она положила ее прямо на вздымавшиеся полушария, прямо к сердцу:

– Тим, согрей… Умоляю…

А потом она резко поднялась и прижалась к моим губам. Мягкая, податливая и такая манящая.

Скинула одеяло и всем телом льнула ко мне, явно не ведая, что творит.

Пытался отстраниться, пытался отпихнуть, но где уж тут. И вот уже как бы между прочим позволил себе провести ладонью по ее животу. Случайно пальцами поправил шелковистые волосы.

Наслаждался вкусом ее губ, ведь когда еще удастся такое снова испытать. Никогда! Потому как не собирался приближаться к ней в ближайшие несколько столетий уж точно.

Пусть заканчивает Академию, становится суперзвездой, сходится с Чейзом и рожает ему добрую сотню детей.

А он будет любить ее, будет первым. Первым, кто коснется горячего совершенного тела и окажется в нем.

Эти мысли отравляли, заставляли мучиться, невыносимо сжимая голову. А губы целовали ее, жадно, властно, не отпуская ни на миг. Если не остановиться, если не прекратить это, то утром сам себя буду ненавидеть. Но разве так не было? Разве не готов я снова ради одной лишь такой ночи снова вступить в лабиринт?

Может, тогда он отпустит меня, выберет новую жертву для инициации? Но чем дальше ее руки зарывались в волосы, чем теснее бедра прижимались к моим…

Я не хотел останавливаться.

Хотел снова наплевать на все, что сделал ради того, чтобы измениться. Получить искупление. Простить самого себя. Борьба шла не на жизнь, а на смерть.

И тут по ее щекам заструились слезы. Замер, нависая над самой прекрасной девушкой, что видел в своей жизни. Она плакала. Так горько, словно была маленькой девочкой, потерявшейся в этой жизни. Хотя… Она же ею и была.

Накрыл ее одеялом и обнял. Бой проигран. Давным-давно. Еще с того момента, как прозрачные небесно-голубые глаза заглянули прямо в душу.

Глава 10. Мими

В голову ворвался драконов будильник. Громовой завывал как в последний раз. По крайней мере, мне так показалась. Повернулась на другой бок и попыталась нащупать беруши. Давненько выписала их из Нортдара с надеждой защититься от этого ужаса.

Но вместо тумбочки рука нащупала кровать.