Драконий шип. Дарящая

И вот опять…

– Нет, я, конечно, понимаю, что тебя учили Лонгер и Надира, но хотя бы основные вехи истории знать надо. В смысле, кто такая Спель?! Это знаменитая чёрная смерть, при помощи которой твоя кузина освободила весь род Драконий.

Моя челюсть рухнула куда-то в район песочного пола. А я-то гадала, где слышала это имя… Теперь смело можно сказать, что примерно везде. В своё время об этом трубили едва ли не из каждого телевилта, обсуждали на каждом углу.

Потому что моя якобы кузина освободила всех драконов одним касанием.

Алого наездника, конечно, предположительно ношу, но даже с этим выбиваюсь из общей семейной канвы. Хотя, признаться, с радостью бы вернулась если не в Пустые трущобы, то в Гнилые специи точно…

– Лира! Ли-и-ира! Ты куда опять улетела?

Я вздрогнула от требовательного голоса председателя правящих Оринтадара. Она смотрела раздраженно. Должно быть, снова что-то питалась впихнуть в мою необразованную голову.

– Я тебе, вообще-то, историю освобождения чёрной смерти рассказывала. Завершилось все в Ихтрамаре…

– Кто сейчас вместо вас правит на востоке?

Женщина осеклась, и едва ли впервые за все время я увидела на ее лице странное выражение. Я бы назвала его обидой или болью. Да и в кои-то веки она не стремилась отвечать на вопрос как можно скорее.

Ума молчала, заставляя мое любопытство распускаться как дивный цветок. На удивление, с того момента, как она похитила меня, я ни разу не спросила ее про неё саму.

Скорее нагло использовала для выкачивания нужной мне информации. Она против не была, и это взаимовыгодное сотрудничество продолжалось довольно долго. Хотя здесь время снова текло по-новому, и я не представляла, сколько его унесло морем.

Наконец женщина оттаяла. Она гордо задрала подбородок и ответила:

– Сейчас председателем назначен один из правящих, все по форме, которую я установила.

Сказано это было так, будто на ее месте оказалась самая мерзкая и тупая гелида на свете.

– Это же хорошо, полис не останется без присмотра.

Да, я сознательно подливала масла в огонь. Потому что мне хотелось докопаться до сути, которую она так настойчиво прятала под личиной умной и интеллигентной женщины.

А ещё я догадывалась, что Ума искренне полагала: заменить ее нельзя.