Кекс – не повод для знакомства

А вчера он попросил меня сопроводить юбилей его друга и благодетеля Максима Трофимова, одного из самых известных московских отельеров. Когда банкет уже подходил к концу и вынесли практически все, включая мой авторский десерт тирамису, я был приглашен к общему столу.

А дальше все как в тумане, ибо алкоголь мне подливал лично Анзор. Надеюсь, женщину слева от меня выбирал не он. У нас немного разные вкусы. Почувствовал на себе пристальный взгляд и приоткрыл глаза.

Моему взору предстала девушка. Не старая, не толстая.

Вполне миловидная, даже, сказал бы, экзотичная. Спутанные рыжеватые кудряшки, перехваченные резинкой на макушке. Размазанный яркий макияж. Припухшее лицо и страдание в глазах.

Сама виновата, милая. Кажется, вчера не только я перебрал с алкоголем. Но определенное облегчение все же испытал, ибо девушка оказалась очень даже ничего.

Разглядывая части ее тела, торчащие из-под одеяла, понял, что фигура отличная, даже, сказал бы, спортивная. Только вот взгляд побитой собаки совершенно не радовал.

Сейчас наверняка жаловаться начнет да навязываться. Все они такие. Подцепишь в клубе, а потом не знаешь, как избавиться. Норовят сразу в загс тащить.

Не то чтобы часто позволял себе напиваться до беспамятства, но бывало. И каждый раз наутро просыпался с вот такой вот любительницей повеселиться. А потом все шло по привычному сценарию: я ей такси – она мне завтрак в постель и обещание семерых детей нарожать.

Поэтому никогда раньше не приводил таких барышень домой.

В каком бы ни был состоянии, додумывался тащить их в гостиницу, где им и место. А не в святая святых!

Мой дом – моя крепость. Самая любимая. Я тут каждый уголок сам придумал и сделал на кровно заработанные. Дизайн, интерьер, цветовая гамма, одним словом – все!

И раньше никогда не осквернял такими дамами. Не знаю, что на меня нашло, наверное, коньяк был паленый. Выскажу потом Анзору. Голова трещит так, что хочется умереть.

Сушняк набирал обороты, что стало сигналом к действию.

Пора прощаться с девушкой, какой бы она ни была. Гостья будто почувствовала неладное, собралась и выдала, нервно комкая простыню:

– Эээ, Антон? Я правильно поняла? Я дико извиняюсь, но ничегошеньки не помню из вчерашнего вечера. Давайте я тихо, как труп, тут поваляюсь до обеда, а потом аккуратно свалю. Если есть пельмени, могу отварить, только не трогайте мое бренное тело пару часиков, договорились?

Мой рот так и не успел открыться.