Курсанты

До ужина оставалось несколько часов, и я с чистой совестью решила повторить историю. По расписанию, собеседование у меня уже послезавтра…

Сразу после медкомиссии. Признаться, вот ее я боялась больше всего! Потому что для меня это испытание было самым страшным и первым, по сути…

Глава 4. Семен Семеныч

О-оу – пикнула аська, и я поспешил поставить поднос с обедом на стол. Хотел же сесть в другой угол, но вдруг там Марина ответила? Спешно достал телефон, но, увы, это одноклассник из Питера, у них там приемная уже кончилась, и он не смог поступить.

– Семен Семеныч, давай к нам!

Меня окружили трое. Я опасливо покосился на парней, каждый из них был выше и больше меня, шмотки дороже, телефоны в руках навороченней. Знаю я таких, но вступать в конфликт не стал. Хватит с меня на сегодня.

– Можно.

Мы все вчетвером сели за столик. Они тут маленькие были, квадратные. А-ля на четырех, но мы с подносами еле поместились. Стулья старые, черные с потертым кожзамом.

– Я Антон, это Миха, а третий раздолбай Денис.

Мы суворовцы. А теперь рассказывай, Семен Семеныч, ты как до такой жизни докатился?

– До какой такой?

Исподлобья посмотрел на них. Пока не поступлю, решил не отвлекаться. Сначала дело, а потом уже все остальное. Успею еще перезнакомиться и друзей завести.

Парни веселились. Небось думают, что я упырь какой, над которым ржать можно. Ну-ну. Сейчас не до самоутверждения.

– Ну как какой, Семеныч! Баянист, видный парень и даже не в стане медалистов! Кстати, в каком кубрике жить будешь?

Я несколько раз моргнул.

Этот местный курсантский слэнг лез изо всех щелей, но я ни черта не понимал в нем! Кубрики, чепки, комвзводы… Осторожно переспросил, ибо невежество хуже глупости:

– Где?

Парни заржали, весело переглядываясь. На нас уже косились от других столиков. И девочка та блондинка с жалостью смотрела на меня. Терпеть этого не могу. Ну ей-то, конечно, виднее! Сразу видно, что мазаная.

Отдельно для нее то, отдельно се.

Слышал, как секретарь комиссии говорила, что эта Маша по льготам идет и что медалистка еще. Угу, куда ни плюнь, дети местных ментов да пробитые. Но ничего! Я тоже не лыком шит. Поступлю, чего бы мне это ни стоило!

– Семеныч, ну ты как из деревни. Кубрик – это комната. Ты ж тоже неместный. Давай с нами жить? Там вроде можно кто как хочет. Все-таки в самоволки ходить так проще. Мы уже тут у местных все дырки узнали.

– Куда?!

Мое лицо вытянулось.