Любовь не тонет, или…

Прямо на ухо ему заорала:

– Останови это! Феликс, твою мать, быстро вытащи нас отсюда!

Но, походу, моему дворецкому было не до его принцессы в истерике. Он спихнул меня и полез в заднюю часть перевернувшейся кареты. Я продолжала истошно вопить ему на ухо. А ещё инстинктивно тянуться к окнам, за что в сто пятисотый раз получила по рукам.

– Сядь на место, пока мы не канули в дыру. Я ракушку ищу, чтобы повелителя вызвать, башка твоя сухопутная. Я так и знал, что-либо меня окончательно в низшие переведут, либо сдохну тут с тобой.

Свалилась на мою голову!

– Да я сюда не рвалась, вообще-то! Сам меня забрал, притащил и ещё умертвить пытаешься. Где твой долбаный телефон?

Я полезла помогать ему. Вместе мы судорожно перебирали свалившиеся в кучу цветастые тряпки. Какого хрена они навалили сюда все это? Копаясь в дурацком многообразии текстиля, процедила:

– Мало того, что безвкусно до крайней степени, так ещё и, как выяснилось, смертельно опасно. Да мы в дыру засосемся, прежде чем найдём среди этих шмоток хоть что-то нужное.

– Да это для таких дур, как ты, сделано, чтобы мозги запудрить. Вы же там любите романтические истории и похищения. А потом уже и…

Он осекся, а нас снова повалило набок. Чёрная дыра приближаясь медленно, но уверенно. Точнее, это мы двигались в ее направлении. Заметила, как с риском для жизни к нам подплыли русалы-охранники и стали оттягивать.

Ай-да мальчики, Ай-да молодцы!

– Феликс, надо выбираться. Пусть эта фигня жрет карету. А мы уплывем в закат с русалами.

И где это повелитель? Он там что, отдыхает? На секундочку, тут неподалёку должен быть целый батальон жаждущих наследника высших. Так-то я рожать буду, если выживу.

– То есть всё-таки ты согласна?

Этот старый хрен даже от поиска ракушки оторвался. Настолько его поразила моя фраза. Почуял, называется, возможности. У-у-у-у!

– Двери открывай, а уже потом будешь думать о моей детородной функции. А то останутся от меня рожки да ножки, и договариваться не с кем будет!

– Да не открываются они, заблокировались.

Тут система такая, что они думают, мы в опасности.

М-да. Зато проституток тутками называют. Это, конечно, поважнее, чем безопасность принцессы, что раз год вытаскивается с земли. Даже одну карету по-человечески сделать не могут!

– Ну, значит, мы тут все умрем. Спасать нас не торопятся, магия ваша прожорливая, так что прости, Феликс, и прощай. Ты мне сразу не понравился.

Как только я произнесла эту фразу, из-за угла выплыл он.