Подари мне себя

Я резко направилась к выходу из рощи. С меня довольно.

– Мирослава Илларионовна, стойте! Мира!

Он схватил меня за руку, а я что было мочи залепила ему пощечину.

– Ты же видел меня, видел ее, видел всех нас! Да какое ты имел право молчать? Какая разница, что ты там себе надумал? Ты хоть немного осознаешь, какой опасности подверг меня и Машу? А если бы что-то случилось с…

– Но не случилось же! Я все держал под контролем.

Наконец-то его голос дал слабину. Он взял меня за руку.

– Мира, прости, я не знал, что это так важно.

– Врешь! Все ты знал! Иди к черту!

И я оттолкнула его что было мочи и ураганом унеслась из своего убежища. Теперь эта рощица надолго останется в моей памяти.

В душе друг с другом боролись два чувства: одно требовало возмездия, рвать, метать и крушить все на своем пути, а другое – просто радоваться. Вопить от счастья и пойти расцеловать тетушку и Машу. !

Маша!

Ведомая надеждой, я, насколько позволяли ноги, помчалась к коттеджу. По щекам снова заструились слезы.

Доводы разума не перебивали острое желание снять с нее этот груз сейчас же. На секунду я задумалась, что она может переволноваться, но по понятным причинам решила – нет, она не простит мне промедления.

До дома я добралась в рекордные сроки и ворвалась внутрь. Из кухни пахнуло запахами. Великолепными, ароматными!

Тут же рот наполнился слюной, а я ощутила вот уже шесть месяцев как забытое чувство голода. Обязательно сегодня от души натрескаюсь пирожков!

Маша дремала, лежа в кресле.

– Машенька, они живы. Олег и Максим живы. Они не разбивались в той аварии.

Мой голос осип, а саму меня потряхивало. Я словно еще раз переживала эту новость.

– Они живы! Понимаешь? Артем нам врал, он не говорил, а они живы! Мы можем вернуться к ним!

Маша хлопала голубыми глазами. Ее непонимающий взгляд метался по моему лицу, постепенно приобретая очертания осознанности.

Когда до нее дошло, глаза распахнулись, губы сложились в удивленное «Оооо…» и во взгляде появилось такое облегчение…

Такое же, какое чувствовала я сама.

Сейчас было ничто неважно. Только этот момент бесконечного облегчения и чистой радости. Просто удивительно, как тонко мы с ней чувствовали друг друга.

Хотя о чем это я? Да у нас ней в последнее время все практически зеркально…

Маша отстранилась от меня.