Подари мне себя

На том конце провода была тишина, но я кожей ощущал, что там стоит моя девочка.

– Мира, Мира это ты? Мира!

Я кричал в трубку, словно хотел достучаться до нее через тысячи километров. Секунда, и она сбросила. Трусиха! И что это вообще значит?

Я смотрел на телефон в руке. Набрал ее номер. Абонент вне зоны действия сети. И снова. И снова.

После третьего раза телефон из моих рук выдернул Герман и подключил к уже развернутому ноутбуку. Он шарил пальцами по клавиатуре, бубня себе что-то под нос.

Юля стояла отстраненно в сторонке.

– Что она тебе сказала?

Мой голос даже мне самому показался страшным. Девушка вздрогнула.

– Ну, она… В общем, она сказала ждать ее. Что скоро приедет. Она же приедет? Да, Максим Сергеевич? И Артем с ней тоже? Они же вместе там?

В ее голосе звучало столько надежды с нотками ревности, что я невольно глянул на шатенку. Ох, девочка, и ты туда же.

– Посмотрим. Спасибо, что сразу пришла, возвращайся на свое рабочее место.

Она поджала губы, явно намереваясь сопротивляться:

– А телефон?

При этих слова робот по имени Герман зашевелился, отсоединил мобильный и кинул телефон в ее сторону.

От неожиданности Юля его поймала. Комментариев не последовало, и Олег вытолкал девушку за пределы кабинета.

Минут пять мы сидели в гробовой тишине, нарушаемой лишь клацаньем пальцев по клавиатуре.

– Ну вот! Потрясающе! Как я и говорил. Пошли, мальчики. Паспорта с собой?

И Герман резво принялся упаковывать технику обратно.

– Куда мы? – Олег тут же подорвался, попутно проверяя необходимое.

– Как куда? За вашими дамами. Пока мобильный с Мирославой, мы можем с точностью до ста метров отследить ее положение. Билеты на самолет заказаны, вылет через сорок минут, так что звоним в аэропорт, чтобы нас немного подождали. Рейс сто двадцать пять.

И вот я уже сижу в машине, звоня своему знакомому из Внуково. Он заверяет меня, что рейс и так задерживается, поэтому причин для паники нет.

Ну, нет так нет. Это у него все понятно, а вот у меня внутри хаос.

Герман раздавал указания направо и налево, Олег не вылезал из телефона, постоянно переговариваясь с ним.

В моей же голове крутилось столько мыслей! Почему она бросила трубку? Значит ли это, что для нее прошедшие семь месяцев – ничто?

Я начинал заводиться. Да что за черт! Не было никогда влюбленности, не стоило и начинать!

Я, значит, тут семь месяцев онанирую в ванне, а она трубку бросает! Вот как увижу – на плечо и в пещеру.