В смысле, я супергерой?

А то это все меня не видят, если я захочу. А вот Антонов, зараза такая, без проблем сможет лицезреть мое белье.

Я даже на нервах позавчера зашла в интернет-магазин и накидала себе пару бюджетных комплектов. Исключительно в стрессе и на нервах!

– Аня, я тебя очень прошу, не лезь в эту историю с моими… Э-э-э… Способностями. Я бы предпочла их больше не использовать.

Дочь вихрем пронеслась мимо, тормозя возле меня так резко, что я едва не завалилась на старенькую софу. Она удивленно распахнула свои светлые янтарные, точь-в-точь как у меня, глаза и расстроено пролепетала:

– Как не использовать? Ну ма-а-а… Это же такой кайф! Ты же летать можешь и становиться невидимой.

Кто знает, может, уже скоро ты сможешь стрелять из глаз лазерными лучами и заворачивать в узел машины! Это ж так круто…

Я тяжело вздохнула. Так не хотелось ломать ее восторженность и веру в прекрасное. Вот как объяснить ребёнку, что круто – это хорошо оплачиваемая стабильная работа и нормальный порядочный мужик под боком?

Ну, если с суперспособностями конкретно сравнивать.

Из разряда такого же невероятного как левитация. Глядишь, если я исчезать научилась, то и личную жизнь когда-нибудь смогу построить…

– И вообще, мам, ответь дяде Антону. Он тебя уже третий день вызванивает, а ты его динамишь. Нехорошо это. Он же помочь хочет.

И тут ребёнку не объяснишь, что не нужны мне помощники. Я ей-то разрешаю играться в учителя только потому, что не могу отказать. Аня растёт и постепенно у неё становится так много своих интересов, а у меня вечно работа.

Да нам и поговорить-то не о чем, кроме ее школы. Дочка на секции ходить отказывается, зависает в своём телефоне, и вытащить ее оттуда практически невозможно.

А тут такое счастье. Третий день по вечерам болтает без умолку. Прикусила губу, наблюдая, как она крутится вокруг зеркала, нацепляя какие-то значки и бижутерию.

Левитация, способность становиться невидимой… Материнство! Вот что пугает меня до чертиков с того самого момента, как орущего младенца положили мне на живот, счастливо поздравляя с его рождением.

И вот теперь этот некогда розовощёкий карапуз смотрит на меня, очень похоже на своего отца выгибая бровь. А я теряюсь, пытаясь вспомнить, о чем вообще разговор.

Точно, про «дядю Антона». Стараясь как можно тактичнее выразиться, я осторожно говорю:

– Анют, с каких пор наш участковый стал для тебя «дядей Антоном»? Ты его видела впервые в жизни. Прошу тебя, не надо с ним общаться. Тем более без моего присутствия.