Восторг свободы

– Альваро, а тебя?

У него были такие густые брови, подчеркивающие то ли лоб, толи щёки, которые, впрочем, мало чем выделялись из его общей композиции. А имя, оно играло в ушах как вино, растекалось по буквам в памяти, и отпускало лишь выжав из тебя последние соки. Я сказал ему своё имя, и его реакция была естественной.

Мы продолжали смотреть друг на друга, Андриан смотрел на Альваро, Альваро на меня. В нём виделись нотки спокойствия, но и игристости. Первым начал он – начал разуваться, поспешно, отбросил свои ботинки в сторону, хоть они и выглядели недешево, да и сам он тоже.

Он открыл миру свои лодыжки, и после всё оставшееся, и кучка его одежды лежала неподалёку, создавая хаос гармонии, так всё и должно быть. Ведь правда, как иначе может лежать одежда, как ещё я мог бы провести эту ночь. Выбор состоял лишь в том, признаю ли я это или нет. Впрочем, я сделал также, снял рубашку, отстегнул ремень, и он полетел. Живот освободился, стало легче дышать, и тем самым я разделся ещё быстрее. Рукав рубашки касался ткани его штанов. Что это, если не сотворение Адама?

Всё было так знакомо, но и неизвестно для меня. Время приняло обратный отсчёт, вывернулось наизнанку, и поэтому, казалось, что его и нет. Что всё это мелкие песчинки, которые ничего не стоят. Я был близок к тому, имя чего ещё не ведал в своей жизни. Это повергало меня в восторг, и не обращая внимания больше ни на что кроме момента, я сперва коснулся кончиком ноги поверхности воды, и убедившись, прыгнул. Просто взял и прыгнул, и этого было достаточно, ничего другого мне было не нужны.

Разве что свобода, но и это, в каком-то роде, свобода, точнее, раскрепощение.

Он немного повременил и какое-то время смотрел на меня, плескающегося в воде, пытающегося убрать волосы от глаз, и потом погрузился в воду. Чувства были так глубоко в нас обоих, что выражались только в покачивании мелких волн, и вибраций в нас самих. Мы не были чем-то целым, даже я сказал бы, мы были так далеки друг от друга, что казались ничем.

Но когда что-то сводится к нулю, то от этого и начинается бесконечность. Я не искал в то тот вечер ничего подобного, да и меня не нашли. Скорее, просто так случилось, и причин тому нет, виновных тоже.

Ноги, руки, торс, плечи, кадык, спина – всё в каплях, стекающих вниз, на кафель. Похоже было, что вода пропиталась нами больше, чем мы ею. Альваро не спешил натягивать одежду, он сел на край бассейна, опустив лодыжки в воду. Конечно я подошёл к нему и сделал также.