Сэлмен

Из-под обломков разрушенного фонтана во все стороны била вода, размывая лужи крови.

Тем временем Медведь, не говоря ни слова, уже прошел сквозь ставший огромным экран и очутился по другую сторону. Сэлмен сперва даже не поверил своим глазам. Но медведь уже покрылся черно-белой рябью и слился с картинкой, двигаясь наоборот, как и все вокруг него. Он махал лапами и кричал что-то неразборчивое – так как и слова его звучали наоборот.

Возможно, это выход, подумал Сэлмен. Но куда он меня заведет? Черт, что за неуместные вопросы, когда ты в безвыходном положении? Но пока логика еще хватала его за руки, не позволяя ему следовать за говорящим медведем в это потусторонность черно-белого экрана, Сэлмен вспомнил фразу, которую часто повторял его отец:

– Вся жизнь – говно, а мы можем лишь выбирать, чтобы наступать на менее свежее.

В детстве Сэлмена забавляли такие странные размышления о жизни, но теперь он все больше осознавал, каким несчастным человеком был его отец на самом деле. И для себя решил, раз он и так по уши в дерме, а по ту сторону экрана оно казалось намного суше, чем здесь, то выбор очевиден.

– Ладно, зайду я в этот чертов экран, – пробурчал он в полном смятении и уже было протянул дрожащую руку к экрану, когда вдруг вспомнил себя в бою на Голанских высотах, когда они преодолевали минное поле: солдаты понимали, что назад пути нет, потому что численность врага в тылу намного превосходила число бойцов их маленького взвода. – За мной! – Скомандовал Сэлмен, едва дотронувшись до светящегося экрана.

Затем резко сунул руку внутрь и ощутил пронзающий до костей холод.

– За тобой… Да за тобой я пойду хоть на край света! – Произнес молодой Дрейк. Его лицо было покрыто грязью и запекшейся кровью. Он побежал сквозь высокую траву, обгоняя Карла.

Сэлмен понял, что уже не сможет вытянуть руку назад, экран крепко схватил ее, втягивая за ней, все сильнее и сильнее, и все тело. Сэлмен с удивлением разглядывал свою руку – она уже наполовину обесцветилась, ее словно окунули в холодный гель, а на коже чувствовались легкие покалывания.

Тело Сэлмена уже наполовину погрузилось в экран, – и тогда остальная его часть, словно кто-то придал ему ускорение, влетела в экран с огромной скоростью, полностью погрузившись в черно-белую картинку.

Сэлмен рухнул на траву. Место, в котором он очутился, обрело свои естественные краски, и он получил ответ на один из своих вопросов.

02

Сэлмен поднялся на ноги.