Когда уходит день

– Посмотри на деревья, они все окрасились разноцветными листьями, которые трепещут, как живые, – промолвила Лиза, снимая на камеру будоражащие душу виды природы. – Но осознают ли они, что это их последний, самый красочный и приятный жизненный период? Ведь скоро осень закончится, и все листья опадут и засохнут. И все, что у них есть, – это всего лишь нехитрое предназначение – слиться с землей и напитать ее нужными веществами, чтобы на следующий год деревья зацвели еще ярче. И так год за годом. Ты не находишь эту схожесть и в человеческих жизнях?

– Я считаю, что у людей немного существеннее предназначение, чем просто напитать землю нужными веществами.

– И какое же оно?

– Я думаю, что оно у каждого свое. Ну а если в общем – купить дом, машину, вырастить потомство и просто… жить и радоваться.

– Вот видишь, все одно и то же. Люди чего-то добиваются, затем радуются и умирают. Потом рождаются новые люди и делают то же самое. И так раз за разом. Все, как и у листьев.

Единственная разница между нами только в том, что листья радуются и наслаждаются жизнью на протяжении всего своего единственного момента существования, который подарила им природа за свои старания. И не пытаются чего-то достигнуть, несмотря на то, что их путь безысходен. А люди это понимают только в конце жизни, да и то не все. Не каждый может остановиться и понять, что пора наслаждаться жизнью. Мне кажется, что в этом и есть наше предназначение – жить и наслаждаться каждым моментом жизни. И не важно, добиваешься ли ты чего-то в жизни или нет. Нужно просто радоваться каждой секунде своего существования в этом наполненном красками мире.

– Я и не знал, что ты такая… – улыбнувшись, промолвил я.

– Какая?

– Такая романтичная.

Лиза тут же заливисто рассмеялась.

– Ты еще многого обо мне не знаешь, – с неприступной улыбкой обронила она и снова продолжила снимать на камеру живописные виды природы под тихий шум колес моего летящего железного коня.

В своей последней фразе Лиза была права. Мне и вправду иногда казалось, что я ее совсем не знаю. Я никогда не мог предугадать, какое у нее будет настроение завтра или даже через пару часов и не поругаемся ли мы из-за какого-то пустяка. В ней будто находились две разные личности. Одна из них была очень нежной и ласковой со мной. А вторая, наоборот, могла вспыхнуть по любой мелочи, забыв о всяком уважении и любви. Она могла даже ненавидеть меня.