Кругосветное путешествие сквозь канализации

В середине огромного гребня он остановился и сел на песок. Так он сидел и смотрел вниз, равнодушно простирая взгляд на так хорошо ему знакомую, когда-то цветущую долину. Проснувшись, Марк почувствовал сильную головную боль. Проклятый осколок металла отравлял жизнь, вызывая мигрени. Ещё год назад они быстро проходили, но теперь приходилось принимать сильнодействующие лекарства, чтобы погасить очередной приступ. Лечащий врач ещё прошлой весной советовал практиковать отдых в высокогорье, в периоды особенно острых приступов и, кажется, другого выхода из этих мучений мрака у Марка не оставалось.

Через неделю он уже стоял на выходе из аэропорта Барнаула, в ожидании ведомственного автобуса до высокогорной базы отдыха. Выбор направлений был невелик и определялся ветеранской путевкой, на которую мог претендовать получивший ранение рядовой солдат Красного Союза. Путь предстоял в деревеньку близ высокогорного озера в Алтайских горах, почти на границе с Китаем. Горный воздух и Бог знает ещё какие факторы творят чудеса, думалось ему. Теперь, мигрени действительно беспокоили гораздо реже, и Марк начал ощущать некоторый вкус к жизни. Ночами он мог наблюдать потрясающее небо, усыпанное звездами и туманностями, днём это место напоминало Рай. Буйная растительность, богатая фауна, снежные шапки на горных хребтах и фантастической красоты водоемы внушали чувство, что всё былое – лишь дурной сон, а настоящий мир и настоящая жизнь только здесь и сейчас. У него даже появилось незамысловатое хобби – собирать камни. По берегам речушек и озер, порой, можно найти причудливой формы и окраса осколки древних пород. Наверняка их возраст сопоставим с возрастом самой Земли – осознание этого факта позволяло отнестись ко многим вещам совершенно иначе. Человеческая цивилизация просто искорка, которая существует долю мгновения по сравнению с геологическими периодами Земли, что уж говорить о человеческой жизни? Эти камни, эти горы пережили появление и исчезновение целых таксонов, а расцветы и закаты цивилизаций в огромном масштабе времён мелькают подобно проносящимся мимо окон скоростного поезда фонарям. Эти камушки не состарятся даже на миллионную долю своего возраста, когда о нас забудут и мы окажемся глубоко под руинами десятков других, возникших, достигших триумфа и исчезнувших в глубине веков, цивилизаций. Они так же будут лежать на берегу бирюзового озера, омываемые холодной ледниковой водой, под облаками и небом, ничуть не изменившимися ни за миллион, ни за миллиард лет.