Как я выжил в Японии. Записки инопланетянина

Как вдруг она с придыханием и широко открытыми от ужаса глазами выдала: «И вообще, они же там учат иероглифы для практического использования!..» По-японски это звучало ещё трагичнее «дзицуё кандзи». В этот момент на меня снизошло сатори, и я многое понял. В частности, что у нас, похоже, с бабушкой С. где-то есть фундаментальные расхождения в подходах к обучению каллиграфии. Потому что «учить иероглифы для практического использования» – была немаловажная причина, по которой я решил идти на каллиграфию.

Не единственная, конечно, но тем не менее.

Ещё я понял, что мне и дальше светит прописывать дома иероглифы самостоятельно, поскольку на занятиях основная задача не научиться их писать (в смысле результата), а научиться их писать (в смысле процесса). Но, наверное, это к лучшему. Потому что С. зато рассказывает столько интересного, что только успевай впитывать. Вчера она, кстати, весь вечер бухтела, что у меня знаки слишком… «катай»… Жёсткие? Твёрдые? Короче, «нежнее надо».

Сегодня клонит в сон. И кофейные бобы в шоколаде кончились. И какая зараза их вчера все сожрала… и не слиплось же.

27 марта 2012. Кармическое

Ну что же. Надо собраться с духом перед тем, как начинать на работе долбить головой двойную стену непобедимой бюрократии. Интересно, что страшнее, международная бюрократия или международная мафия? (Хотя… подозрение, что это одно и то же крепнет во мне раз от раза.)

А какая сегодня погода! Какое солнце! Наваливший ночью снег приятно холодит лодыжки и, набиваясь в туфли, освежает ноги, слегка хлюпая и чавкая в районе пятки.

Вчера был явно не мой день. Сам он прошёл относительно без происшествий (рабочий). А вот потом космос не давал мне скучать, пока я не упал на матрац глубокой ночью.

После работы решил пойти на тренировку. Из-за постоянных попоек и вечерней работы две недели я прохалтурил, и вчера идти тоже было очень лень. Очень-очень. Совсем. Дул противный ветер вперемешку с какой-то жидкостью неопределённой формы.

Всё это хлестало в лицо и текло за шиворот. Если верить словарю Даля, то, что вчера было на улице, называлось ря?нда, лепень, ляпа, дряба, чичер и другими страшными словами (и что я возмущался, что в японском 40 видов дождя. В русском, оказывается, 36 слов для обозначения снега, и это не считая эпитетов). Приятного в нём было мало.

На пинках я себя гнал 3 станции метро. Около 20 минут.