Гиены и львы

На одной из развилок ему попадается тело. Молодой самец лежит здесь так долго, что покрылся пылью и стал похож на камень. Защитник проходит мимо. Жаль видеть смерть сородича в таком возрасте, но подобное случается каждый день.

Мощные челюсти щёлкают возле шеи Зирта. Нападение почти бесшумное. Зирт бросается кусок мяса и мгновенно вступает в бой. Перед ним тот самый самец, которого он посчитал мёртвым.

Несмотря на талантливую маскировку, он оказывается неопытным бойцом. Юнец сглупил, что сразу не удрал после провала.

Зирт первым же ударом валит его на землю, и его челюсти не промахиваются. После схватки остаётся лужа крови. Зирт сплёвывает комок грязи. Теперь действительно мёртвая гиена лежит на земле, а Защитник берёт мясо буйвола и уходит. Скорее всего, к утру от трупа не останется даже костей.

Всё получается. Он добирается до родной пещеры. Будит Ниру, а с ней – детёнышей и самых слабых сородичей. Теперь у них есть немного еды. Со своего ложа Зирт с женой наблюдают за маленьким пиршеством.

– Скоро рассвет, а ты совсем не спал.

– Днём отдохну, – Защитник кладёт голову на лапы: – Ночью всё было спокойно?

– Вполне. Я выходила поболтать с другими матриархами и узнала слухи: в прайде неспокойно. Король держит рядом своего брата и Обезьяну. Они наготове, потому что разозлили соседние прайды.

У Зирта приподнимаются уши от неожиданной новости. Сон отступает. Всегда приятно узнать, что львы убивают друг друга.

– Прайд измотан, – говорит Защитник.

 – Они уже давно не расширяли свои территории.

– Нас это мало касается. Королю хоть и дают отпор, но он ничего не теряет. А вот положение кланов, включая наш, всё более безнадёжное. Матриархи склоняются к тому, что лучше покинуть каньон.

Зирт фыркает.

– Некоторые уже пытались и сгинули.

– Этого никто не знает наверняка.

– Нира, мы не должны уходить. Поговори с матриархами, убеди их остаться. Заставь поверить. Если удастся объединить кланы, мы вернём себе саванну. Скоро я пущу клич – и на него ответят.

Кланы будут сражаться.

– Дорогой муж, – Нира наклоняется к нему и почти шепчет, – ты судишь обо всех по себе. Не поддавайся пылу. Кланы заботят только собственное выживание, а не борьба со львами.

– Но это борьба за нашу свободу!

Несколько сородичей оборачиваются. Вид у них такой жалкий, что вряд ли они смогли бы отстоять кусок мяса, который жуют.

– Никто не хочет рисковать. – Как всегда, жена рассуждает трезво.