Обходчик

Оля: встретимся?

Максим: Андреевич сказал не рыпаться пока он не даст сигнал

Оля: Ты ему веришь?

Максим: Он обещал снять оковы и снял их. Это повод для доверия.

Оля: тогда ждем.

И снова потянулась вереница дней похожих друг на друга как две капли воды. Мы с Олей неотрывно переписывались, я даже боялся, что отвлекусь и накосячу так сильно, что на меня снова оденут оковы.

Я проснулся от резкой боли в плече, она была даже сильнее чем в тот раз, когда в тоннеле оказался мальчишка. «Проспал что ли?» – подумал я, и, схватив фонарь перенесся в тоннель.

Стояла мертвая тишина, судя по всему тоннель был обесточен. В метре от меня стоял перекошенный от сильного удара поезд. Я прошелся вдоль него и увидел, что тюбинг, оторвавшийся от потолка тоннеля, пробил крышу первого вагона и пропахал состав примерно до середины, людей в поезде не было.

– Здравствуй, Максим. – я подпрыгнул от неожиданности, рядом со мной стоял старший. – Ты опоздал, не переживай, такое случается, мы не всесильны.

– Зачем я здесь? – я снова посмотрел на пустой поезд. – Помочь я уже ничем не смогу.

– Нужно извиниться, таков порядок.

Старший исчез, а пейзаж вокруг меня начал стремительно меняться, как будто я видел мир на обратной перемотке. Люди задом наперед шли по путям и заходили в искореженный поезд, потом включилось освещение, поезд поехал задним ходом, пробоина в крыше срасталась. Наконец тюбинг поравнялся с первым вагоном и, приподнявшись на сантиметр от крыш, замер.

Я подошел к двери в кабину и постучал, машинист открыл дверь почти сразу.

– Максим? Ты обходчик? – это был приятель Михалыча.

– Здравствуйте, Петр Николаевич. – я переводил взгляд с него на помощника машиниста. – Простите меня, я совсем немного не успел.

Я снова был в каморке. Телефон сыпал уведомлениями, в чате метро обсуждали ужасную аварию, которая унесла жизни трех пассажиров и машиниста поезда.

– Черт! – Я отшвырнул телефон.

Никаких сомнений, это было сделано старшим намеренно, чтобы я лучше ему служил.

«Надо валить от сюда» – подумал я. – Андреевич. «Ну когда?» – спросил я у двери на проходную. Настроение было отвратительным, еще и Оля не выходит на связь. Что-то определенно происходит, и это что-то нехорошее.

***

Оля проснулась от громкого стука на КПП. Наспех одевшись, она побежала открывать раннему гостю. В коридор вошла старушка в советской форме работника метрополитена.