Мозжечок

Порш взревел на полную мощность, унося кровоподтёки и разборки со службой внутреннего дознания на совесть начальника управления. Указанный Иваном адрес располагался неподалёку от места убийства Мишеля Анри, как просчитали в навигаторе маршрут передвижения Альфы специалисты из отдела Клода Q.

Микроавтобус Ситроен с загруженными на него бойцами “Афроайс” расположился неподалеку от шалмана Нухрана из группировки алжирских переселенцев с европейскими паспортами. Убрав отличительные документы подальше от посторонних глаз, Эжен и Мари прикинулсь торчками из Марэ, чтобы подобраться незамеченными в расположение главного “персика” с амбициями генерала.

“Он здесь. Захват.”– скомандовала капитан, потянувшись к своему напарнику. Эжен Лакруа заметив поднимающуюся волну попытался прикрыться своим происхождением, но угодил прямиком в клещи хозяина заведения.

– У нас гости.– объявили на танцполе, выхватывая Додо из отношений с законом.

Бойцы “Афроайс” перекрыли все входы и выходы из “Гарлема”, но предприимчивые дельцы умудрились отыскать бреши в пустующем зале, вывалившись всем скопом на улицу.

– Я за Нухраном, на тебе Додо.– отдала распоряжение Летиция, прежде чем подлетевший болван из расположения Липкого не огрел её по затылку.

Удар через барную стойку отправил нападавшего в глубокий нокаут, чем перевёл операцию по поимке преступника в решающую стадию. Капитан Мари только в состоянии гроги смогла понять что отныне Додо Сперави находится во власти “крепкого” Лакруа.

События последних дней доказали Мадлене, что жизнь не сахар, а уж тем более не ванильная посыпка. Интервью на Орфей и препирательства мадемуазель с городскими властями никак не скрасили горькую пилюлю утраченного спокойствия владелицы “Ультрамарин”.

– Куда он подорвался.– уставилась на Дидье Гарма вдовушка Христоса, не в силах перенести обсуждение Авраама на составляющие поезда “Париж-Лион”.

– Кроме вашего супруга пострадали ещё несколько человек, национальная жандармерия полностью контролирует ход расследования.– заученными фразами избавился от назойливой компании префект, не желая расстраивать и без того пошатнувшуюся психику женщины до состояния нервотрепки с перебором.

Возвращаться в салон и вновь подключать в дело Хойку Мадлене не хотелось, и так проведенный день в застенках гетто показался наследнице Литит целой вечностью.