Ген разведчика

Эта беседа, едва начавшись, его уже раздражала, да и не хотелось зачитывать генералу азбуку розыска. – Все, что я делал, напоминало мне анекдот, когда пьяный ищет под фонарем потерянный в конце улицы червонец. «Почему ищешь под фонарем?» – «А здесь светлее…»

– Значит, нужно перебираться на Ближний Восток, – озвучил логический вывод Журавлев.

Сидящий напротив милиционер развел руками.

– Для того чтобы эффективно проводить следствие, нужно знать не только язык, местность, но и иметь необходимые связи.

В противном случае либо просто никого не обнаружим, либо сами пропадем бесследно.

– Верно, – подозрительно легко согласился генерал и продолжил с полуулыбкой: – Я тоже так думал, поэтому все необходимые условия будут учтены и соблюдены. Собирайтесь, Олег Сергеевич, в командировку в Египет. Скажу вам более того: сегодня я встретился с одним моим старинным знакомым, в прошлом офицером сирийской армии, и он мне дал адресок одного дельца в Каире.

Тот в курсе всего происходящего в столице, часто выступает в роли посредника в разных темных делишках. Поручителя мы тоже подобрали солидного, но ты держи ухо востро, зря не рискуй. Сам знаешь, Восток – дело тонкое, и черт знает, что этим башибузукам в голову втемяшится.

– Да не в первый раз, – не стал возмущаться Донцов.

Он уже понял, что от этого «дела» ему не отвертеться, и принимал происходящее с буддистским спокойствием. Да и, сказать честно, засиделся он без дела, а тут впереди замаячила поездка в экзотическую древнюю страну…

Глава 4

Шакал затянул свою ночную бесконечную песню.

Жуткую, разноголосую, от чего у путников, заночевавших в пустыне, бежали мурашки по коже.

Андрей Веретенников, уже привыкший к подобным концертам, арии шакала воспринимал как сигналы будильника. Открыв глаза, молодой человек поднялся с соломенного мата, принял позу лотоса и, положив руки ладонями вверх на колени, стал выполнять дыхательные упражнения.

Андрей уже полностью определился со своими мыслями и переживаниями. Он решил бежать от своих пленителей, но для начала все следовало основательно разведать и усыпить бдительность охранников. Пленник не проявлял ни малейшей агрессии, не устраивал истерик. Днем в основном спал, экономя силы, а по ночам, проснувшись, тренировался, восстанавливая по памяти хитроумные связки боевых искусств.