Игрушка из Хиросимы

– Ладно, – вздохнул Бондарев, – веди меня к управляющему.

Однако знакомство с Хато Харакумо было таким же обескураживающим. Он оказался мрачным типом с замашками тирана, что было неудивительно для человека, державшего в ежовых рукавицах весь персонал фабрики. Руку при встрече не протянул, на традиционный японский поклон не расщедрился. Лишь слегка приподнялся над своим необъятным письменным столом, одарив Бондарева улыбкой, напоминающей гримасу человека, страдающего запором.

– Вы не похожи на торговца игрушками, – заявил он на безупречном английском языке.

– А вы не похожи на менеджера фабрики игрушек, – парировал Бондарев.

Теперь обоим оставалось лишь уточнить, кто на кого похож, но, к счастью, они не стали этого делать. В противном случае беседа оборвалась бы, не начавшись. Бондарев, как лицо заинтересованное, пошел на попятный первым.

– Я действительно торгую игрушками, – произнес он, смягчив тон, – и приехал, чтобы приобрести партию ваших замечательных дедов-морозов.

– Откуда вы о них узнали? – недоверчиво спросил Харакумо.

– Мы у себя в России говорим: слухами земля полнится.

– И все же?

– Один мой партнер заключил с вами контракт. Не стану называть его имени, во избежание недоразумений.

– Сколько единиц вы хотите приобрести? – поинтересовался Харакумо таким тоном, будто речь шла об оружии или боеприпасах.

– Прежде чем принять решение, я должен увидеть ваших роботов в действии.

– Разве вам до сих пор не показали?

– Мне даже не позволили к ним пальцем прикоснуться.

– Как?

Тут Харакумо бросил испепеляющий взгляд на Кйоко, которая была готова сквозь землю провалиться, хотя это был всего лишь дешевый спектакль. Можно не сомневаться в том, что секретарша всего лишь выполняла распоряжения управляющего, который запретил подпускать гостя к готовой продукции и вообще посвящать его в какие-либо дела. Неужели ласки Кйоко были частью ее профессиональных обязанностей? Или сойтись с Бондаревым ей приказала Мизуки?

– Значит, я смогу присутствовать при демонстрации? – спросил он.

– Разумеется, – ответил Хато Харакумо и снова посмотрел на секретаршу. – Организуйте демонстрацию. Через пять минут я приведу мистера Железняка в зал совещаний.

Эти пять минут были безрезультативными. Бондарев стал расспрашивать управляющего о взрыве на фабрике, но услышал лишь неприкрытую ложь.