Контейнер со смертью

Сегодня Росляков вошел в кабинет с таким выражением лица, что члены его группы – капитан Максим Алексеев и майор Андрей Демичев – сразу поняли: случилось нечто, что прервет бесконечную писанину. Собственно, это было, наоборот, отсутствие выражения лица начальника. Если бы он пришел объявить о начале нового витка опросов и написания рапортов, то лицо Рослякова было бы озабоченным, сосредоточенным. А сегодня оно у полковника было каменным, как у сфинкса. Это означало, что не просто что-то произошло, а еще и то, что решение принято, что командир в теме и что ему все на этом этапе понятно.

Паковать чемоданы?

– Бросайте ручки, – без всякого выражения сказал Росляков и уселся напротив своих помощников, закинув ногу на ногу. – Есть работа. Работа срочная и за пределами.

– А отдых? – начал по привычке дурачиться неугомонный Демичев. – Совсем нас не жалеют. Только-только выбрались…

– А ты чем три недели занимался? – холодно осведомился Росляков.

– Это отдых? – возмущенно выкатил глаза Андрей и красноречиво обеими руками показал на стол перед собой.

– Смена вида деятельности – лучший отдых, – отмахнулся Росляков, не приняв шутливого тона. Это, кстати, тоже означало, что шутки кончились.

Демичев покорно опустил голову и воздержался от других высказываний. Максим, как всегда скупой на эмоции, спокойно и выжидательно сверлил начальника своими черными глазами.

– Значит, так, орлы, – голосом автомата службы точного времени начал Росляков.

 – Наши коллеги засекли одного из лидеров международного экстремизма, некоего Бен аль Хайяни, который слывет у них лучшим стратегом и теоретиком террористической деятельности. Личность известная и заметная. Хороший организатор, хитер, даже изобретателен. Два года его не было видно и слышно. Появление его на «сцене» расценивается нашими аналитиками как факт готовящейся масштабной акции. Есть основания полагать, что Россия в какой-то мере может являться целью этой акции или одной из целей.

– Серьезные основания? – не выдержал Демичев.

– Очень, – заверил Росляков. – Несколько слов, среди которых упоминалась наша страна.

– У-у! – Демичев с сарказмом сложил губы дудочкой. – А если бы он Пушкина наизусть декламировал? У нас бы расценили это как возможный теракт на площади Пушкина? Или в Пушкинском музее?

– Поумнее вопросы есть? – спокойно спросил Росляков.

– Есть, – вздохнул Андрей.