Чумовой сюрприз для Лондона

Один в поле, обмотанный гранатами, против всего вермахта, БНД, полиции и всей государственной мощи.

– Как в дешевых фильмах про шпионов: «И помогай Вам Бог!»

– Примерно так. Все будет изложено в инструкции. Первый раз такая командировка. Сам многое повидал. Но такого…

– Так, что делать, если у меня на руках будет нечто? И как я смогу оценить информацию?

– Ты по второму кругу пошел?

– Да хоть по двадцатому! – психанул я. – Три миллиона – это не коробка пряников! И если ситуация потребует немедленного вмешательства спецов? Что делать-то?

– Читай инструкцию.

 – Потапыч устало махнул.

Я закурил очередную сигару, внимательно посмотрел в глаза командира. Под глазами мешки, кожа на щеках обвисла, уголки губ опущены, вид усталый… Даже не усталый, а побитый. Вид побитой собаки. Хорохорится, конечно, но я-то его знаю не первый год. Да и в передрягах побывали таких, что не должны были сидеть за этим столом. Друзьями не стали. Не положено дружить у нас. Это мешает службе. Завтра, кто знает, может, ты будешь зачищать друга или он тебя.

Чтобы рука не дрогнула, чтобы совесть не мучила. Приказ есть приказ. Но боевыми товарищами мы стали.

– Что, все так плохо?

Шеф ничего не сказал. Я не должен задавать ему такой вопрос. Он не должен отвечать. Командир покривился, мол, все уже достало.

– Извини. Рядом меня не будет. Сам.

– Да я полгода один. Без связи.

– Будет хуже. Выпьем?

– Выпьем!

Чокнулись. Ром вылетел из стаканов и перелился из одного в другой. Так и положено пить друзьям – залпом.

Мною сделана пара затяжек.

– Пора!

Командир встал из-за стола. Мы как старые друзья обнялись. Со стороны все естественно. Прощаются два старых друга. Приехали в секс-тур два старпера, случайно встретились и расходятся по своим путанам. Не любят дедушки групповой секс. Старая формация. Кого это интересует на этом международном празднике жизни!

Командир ушел. Не исключено, что нашу встречу фиксировали. Услышать в этом хаосе что-либо невозможно. Но можно снять на видео. Потом отдать спецам, и те по губам прочитают.

Потапыч говорил в стакан, держал мотивированно тару у рта. То справа, то слева. Я также прикрывал рот стаканом и дымом сигары. Через густой дым ничего не увидишь и не прочитаешь, даже если обработаешь в инфракрасном фильтре. Выдыхаемый дым горячее температуры тела, так что картинка будет смазана.

Несмотря на нашу оживленную беседу, по привычке отслеживали постоянно сменяющуюся обстановку. Публика пьяно перемещалась по залу.