Пуля в подарок

«Раз, два, три», – медленно отсчитал Тарасов и вынес ударом ноги оконную раму. Снизу прогрохотало в ответ: Шурави выбил входную дверь. Взвился под небо женский крик и мгновенно затих.

Тарасов, захватив «ПП-2000» обеими руками – за рукоятку и скобу, – повел стволом по комнате. Толстый дядька в одной майке выпученными глазами смотрел на гостя. Он сидел за столом, накрытым к чаю, и в руке животастого дымилась чашка. На вешалке в углу висел милицейский мундир с подполковничьими звездами.

Артем приложил палец к губам.

Чайная чашка, звякнув, вывалилась из рук хозяина.

– Кто?! – прохрипел он. – Кто…

Тарасов шагнул вперед и ударил толстяка ребром ладони по шее, тот послушно рухнул лицом в цветастый поднос со снедью. Дверь комнаты распахнулась, и на пороге вырос прапорщик Кузнецов.

– Внизу чисто, – доложил он, склоняясь над бесчувственным телом.

– Домашние живы?

– Так точно… Шурави пацану – сын, наверное, – морду кулаком разбил, а так все нормально…

– Поехали!

Артем подхватил толстяка под колени, прапорщик принял того под плечи.

Тело моталось из стороны в сторону, цепляясь брюхом за перила гнутой лестницы. Мищенко с облегчением махнул рукой: он контролировал первый этаж. Двое остальных шерстили двор на предмет возможных неприятных неожиданностей.

– Дернешься – пристрелю, – шепнул Тарасов в волосатое ухо пленника.

Открыли изнутри калитку – Шурави пришлось поорудовать штык-ножом – и тронулись в обратный путь, передавая ношу. Кузнецов, которому пришлось тащить стокилограммового пленника дважды – в паре с Артемом и Мищенко, – злобно сопел.

Они вышли к машине раньше заданного времени. Начинающего очухиваться толстяка загрузили в кузов. Грузовик выкатился на бетонку и набрал скорость. Дичь бессмысленно пялила глаза, потела и мычала сквозь обрывок скотча. Багратион давал арестованному пинка, когда тот слишком резво сучил обутыми в домашние тапки ногами.

Бойцы переглядывались: что-то уж больно гладко все вышло. Про то, что за птица пленник, – недаром ментовский мундир у него на вешалке висел! – Артем предпочел не распространяться.

Груз благополучно сдали в Ханкале. Неподалеку слышался гул вертолета: машина была готова доставить арестованного куда следует – подальше от извилистых дорог и горных склонов Чечни.

Мылись по очереди в тощем пенале душа, поторапливая друг друга, – вымывшийся по праву командира первым Артем курил, усевшись на ящик из-под галет и пуская дым в рубчатый потолок, – потом молча валялись на койках.