Русский полковник

Лет ему было около тридцати, внешность типично славянская, манеры выдавали отставного служаку.

– Добрый день! – кивнул он Виктору, окинув его цепким взглядом. – Вы Логинов? На интервью?

– Точно. Здравствуйте.

– Документики имеются?

– В обязательном порядке, – кивнул Виктор и протянул собеседнику «корочку».

Это было удостоверение ветерана ФСБ, несколько потертое, как и требовалось по легенде. Охранник хмыкнул:

– «Конторский»…

Сверив фото с оригиналом, он протянул документ обратно и повернулся к консьержке:

– Тетя Валя, это к нам.

Прошу…

Логинов протиснулся мимо охранника в узком предбаннике и двинулся к лестнице. Охранник сказал на ходу:

– Второй этаж. Меня Игорем зовут. Перед отставкой в ОМОНе лямку тянул… А ты давно уволился?

– Год назад, – оглянулся через плечо Виктор.

– Понятно. Эти америкосы, конечно, херней всякой тут занимаются, но работать с ними можно. Платят хорошо. Так что, Витя, постарайся Джону понравиться. Только не темни.

У него деньги есть, так что лапшу он быстро просечет, информацию проверит. Понял?

– Понял, – оглянулся Виктор. – А чего это ты, Игорь, такой добрый?

– А мне самому с ними колбаситься надоело. У них свои прибамбасы, американские. А с тобой мне будет повеселее. Я сразу понял, что ты нормальный мужик, хоть и конторский. Сработаемся…

– Ну спасибо, Игорь, – улыбнулся Виктор, останавливаясь и протягивая руку. – Если все выгорит, с меня бутылка.

– Бутылкой ты не отделаешься, – хмыкнул Игорь, пожимая руку.

 – Выставляться будешь по полной программе.

Дверь офиса «Райт Ворлд» была бронированной, отделанной под дерево. Никакой таблички ни на ней, ни возле не было. Игорь шагнул к двери и позвонил. Автоматический замок щелкнул, и Логинов наконец оказался у цели.

22

Осетия, Россия, лагерь чеченских беженцев

Была глубокая ночь. Бывший пионерский лагерь, в котором разместили когда-то беженцев из Чечни, безмолвствовал. Большинство беженцев уже давно покинули его – вернулись в Чечню или уехали за границу.

И только у одного корпуса сиротливо горела на столбе лампа.

Именно в этом корпусе проживало около пятидесяти оставшихся в лагере чеченцев. Три десятка детей, три глубоких старика и полтора десятка женщин от двадцати до семидесяти пяти лет. Власти неоднократно предлагали этим людям вернуться на родину, обещая кредиты на постройку жилья или квартиры, но все было напрасно.