Сомалийский абордаж

 – Уже звоню замдиректора!

Украина, Чернобыль, машинный зал Чернобыльской АЭС, незадолго до описываемых событий

Двигаясь по подвальному коридору к лестнице, Андрей Аксюков жадно курил. За месяц, прошедший с того дня, когда он узнал о случайной врезке в трубопровод взорвавшегося четвертого реактора ЧАЭС, утекло много воды. И в прямом, и в переносном смыслах.

Параметры «саркофага» были стабильными, и Сахно с Халецким снова запустили в работу контур. И через сутки, и через двое параметры остались прежними.

Зато начало увеличиваться гидравлическое сопротивление. Давление в обратном трубопроводе, на котором стоял фильтр-ловушка, с каждым часом уменьшалось. Это означало, что в аварийном реакторе разрушившееся топливо втягивается в трубопровод и все больше забивает его.

Аксюков начал нервничать. Одно дело просто прокачивать через «саркофаг» воду, совсем другое – подавать ее туда под давлением при все уменьшающемся оттоке. Это могло обернуться разрывом трубопровода и повреждением конструкций аварийного реактора.

И новым взрывом. Поэтому на пятые сутки, когда давление в обратном трубопроводе приблизилось к нулю, Аксюков приказал насос остановить. Уже на следующий день контур заглушили, фильтр срезали и вообще замели все следы. Параметры «саркофага», к счастью, остались прежними.

Зато в лаборатории образовалось около полутора килограммов «намытых» из взорвавшегося четвертого реактора ЧАЭС урана и плутония. По прикидкам Сахно и Халецкого, в них содержалось около пяти граммов калифорния.

То есть примерно столько же, сколько его было на всей Земле.

Аксюков в этом уверен не был. Для него главное заключалось в том, что он попытался использовать свой шанс. Ну а к тупикам в науке ему было не привыкать. Поэтому Аксюков был готов к тому, что калифорния в смеси окажется полмиллиграмма и они его так и не сумеют выделить. Однако Сахно, с похмелья запутавшийся в каких-то трубах, как инженер-исследователь оказался на высоте. Примерно за неделю они с Халецким смонтировали и запустили установку, а еще через пару дней Аксюкову продемонстрировали электродную иглу, на кончике которой был выделен калифорний.

– Ну вот, шеф, видите, а вы боялись! – с ухмылкой проговорил Сахно. – Это дело нужно обмыть!

– Подожди, Валера! Обмыть успеем… – попытался остановить Сахно Аксюков.

– Да чисто символически! По пять грамм!

– Ладно, давай! – сдался Аксюков.

Халецкий налил в стаканы коньяка, и они выпили. После чего все дружно закурили.