Сомалийский абордаж

Как только вам перезвонят из Ходейды, сразу сообщите. В любое время. Договорились?

– Да, конечно! – кивнул капитан.

В его глазах появилась тревога.

Украина, Чернобыль, машинный зал Чернобыльской АЭС, незадолго до описываемых событий

Быстро пройдя по пустынному подвальному коридору, Аксюков утопил кнопку звонка. Замок в двери лаборатории щелкнул, впуская его. Сахно стоял у установки, Халецкий у компьютера, куда отошел, чтобы открыть дверь.

– Ну что, Викторович? – спросил он.

Аксюков прошел к стулу и плюхнулся на него, одновременно разминая в руке сигарету. Вынув из кармана зажигалку, он сказал:

– В общем, мой знакомый связался с покупателем. Тот согласен взять все четыре грамма. Но деньги у него будут только завтра часов в одиннадцать дня. Он позвонит, как только выйдет из банка. Это где-то в районе площади Льва Толстого. Но он настаивает, чтобы на встречу прибыли только мы вдвоем с моим одноклассником.

– Ну так мы подождем где-нибудь поблизости сказал Сахно.

– А работа? – почесал подбородок Халецкий.

– Да какая, на хрен, работа? Отгулы возьмем!

– Все втроем?

– Можно сделать так проговорил Аксюков. – Я кому-то из вас подписываю отгул на завтра, а сам беру вечером больничный. Нужно, чтобы хоть кто-то был на работе, иначе это будет слишком подозрительно.

– А перенести встречу на вечер нельзя, шеф? – спросил Сахно.

– Зачем? Раньше встретимся, раньше получим деньги. Да и покупатель может подумать, что мы его решили кинуть…

– Тогда с шефом на встречу поеду я! – воинственно выпятил грудь Сахно.

– Что скажешь, Володя? – посмотрел на Халецкого Аксюков.

– А что тут скажешь? Завтра буду изображать бурную деятельность за нас троих. И держать за вас кулаки, чтоб все прошло как по маслу…

Красное море, борт сухогруза «Анапа»

Прежде чем вернуться в каюту Теофило, Логинов вышел на шлюпочную палубу и обследовал надстройку на предмет подслушки, вернее, случайной прослушки их с Теофило кают.

Навряд ли кто-то из членов экипажа «Анапы» мог специально их подслушивать, а вот случайности исключить было нельзя. Предосторожность оказалась нелишней. Палубой ниже, как раз под иллюминаторами кают Виктора и Теофило, матрос в грязной робе готовился что-то красить.

Логинов решил не рисковать и спустился на главную палубу. После этого он прошел вдоль правого борта к носу судна.