Сто боев – сто побед

Ее вытянутые вверх руки были привязаны к ступеням трапа. Правая нога в ажурном чулке была задрана так, словно Лиза лихо отплясывала канкан и вдруг замерла, когда нога оказалась в самой высокой точке траектории. Нога мелко-мелко дрожала. Вместе с ней мелко-мелко подрагивал тянущийся от щиколотки к голове Лизы тонкий тросик. Второй конец тросика был привязан к кольцу «лимонки». «Лимонка» торчала у Лизы во рту и для надежности была примотана скотчем. Лизка с мольбой пялилась на Моню со Шварцем влажным коровьим взглядом раскаявшейся грешницы…

– Йоперный балет! – выдохнул Шварц.

 – Она ж на такой растяжке долго не продержится!

– Ага! – сказал Моня, втягивая шею и торопливо напяливая каску. – Давай в темпе к ней!

– Я?.. – спросил Шварц.

– Ну да, а кто? Ты ж все равно два раза контуженный!

37

Гидроплан огромной черной птицей несся над морем. Ночь выдалась почти безлунной, и свинцовая гладь воды едва поблескивала внизу. В салоне самолета яблоку было негде упасть.

Кроме замдиректора ФСБ с прибывшими с ним из Москвы офицерами, здесь находилось и руководство ЧФ почти в полном составе со своей свитой. От сверкающих звезд и галунов на черных адмиральских мундирах рябило в глазах. Логинов в своем повседневном «лубянском» костюме выглядел бедным родственником на этом празднике жизни.

Место ему досталось в самом хвосте гидроплана – на двухместном сиденье на троих. У иллюминатора торчал важный, как индюк, капитан первого ранга с каким-то кейсом в руках.

Возле него тише воды ниже травы дышал через раз совсем сопливый старший лейтенантик, видимо, ординарец какого-то адмирала. При прохождении старших по званию лейтенантик на училищном рефлексе дергался, но вскочить никак не мог по причине крайней зажатости между капитаном первого ранга и Логиновым.

От генеральско-адмиральских мест быстро отошел и двинулся по проходу заместитель отдела контрразведки ЧФ Роман Плотников, знакомый Логинову по летней операции в Алуште.

Подойдя к Виктору, Плотников негромко сказал:

– Идем перекурим, полковник!

– А тут можно разве? – спросил Логинов, поднимаясь.

– Мне уже все можно! – с беспечностью камикадзе сказал Плотников. – Погоны по-любому снимут!

Капитан первого ранга у иллюминатора повернул голову и посмотрел на офицеров возмущенным взглядом. Впрочем, ни Плотников, ни Логинов не обратили на это никакого внимания.