Трафик по-русски

Настолько неизгладимое, что он даже не смог набрать номер на своем спутниковом телефоне – так сильно у него дрожали руки.

Пока Веня помогал ему в этом, Локтев провел с очухавшимся прапорщиком воспитательную беседу – уже без мордобоя, ограничиваясь легкими дружескими затрещинами. Беседа возымела на закоренелого взяточника и лентяя почти чудотворное действие. По окончании ее Панкрат под наблюдением Локтева безропотно стащил в кучу поверженных бомжей и тщательно привязал их к коляске.

Когда с этим было покончено, уставший от педагогической деятельности Локтев сел перекурить. Выбив из пачки «Донского табака» сигарету, он покосился на Панкрата:

– Чего встал как столб, прикурить дай!

Прапорщик поспешно достал спички, чиркнул и поднес Сергею огня. Тот пыхнул ароматным дымом и снова покосился на Панкрата.

– Ты че, таблички не видел у насыпи?

– Не понял, Сергей Иванович, – наклонился Панкрат. – Какой таблички?

– Какой-какой? Их там целых две! «Берегите лес от пожара!» и «Лес – наше богатство!» Спичку подними! Или ты хочешь, чтоб твои внучата на природу только в противогазах ходили?

– Извиняюсь! Не подумал! – тут же склонился за брошенной спичкой Панкрат.

Сунув ее в карман, он некоторое время переминался с ноги на ногу рядом с Локтевым, потом наконец решился подать голос:

– Так я это, Сергей Иванович… Может, пойду на пост, если вам больше ничего не надо? А то еще машину на металлолом загребут, с этих бомжей станется.

– Ступай! – кивнул Локтев. – И смотри там в оба! Если что, сразу предупреждай…

– Хорошо! – кивнул прапорщик и испарился.

Локтев выбросил в траву незатушенный окурок и подошел к сидевшим за кустом Вене с Биллом.

– Ну чего, дозвонились до начальства?

– Дозвонились, – кивнул Веня.

– И чего?

– Да переполошились они там все. Испугались, что была утечка и все это неспроста.

– С бомжами этими, что ли? – хмыкнул Локтев. – А чего с ними разбираться? По почкам им надавать да на сутки закрыть! Вот и все разборки!

Веню дальнейшая судьба бомжей занимала слабо. Он ковырялся в замке своей поясной сумки. В конце концов «молния» открылась, но теперь не хотела закрываться.

– Ну и фуфло ты мне подсунул, Серый! – вздохнул Веня.