Удар на опережение

При этом сидевшей в соседнем женщины они так и не увидели. Что, впрочем, ни Логинова, ни Богданова особо не опечалило. В отличие от обычных арестантов, для которых поездка в суд была всего лишь короткой увертюрой перед долгими годами тюремного заключения, для них она была путем к свободе…

10

За свою довольно длинную жизнь в спецслужбах Логинову не единожды приходилось путешествовать в автозаках. Причем как в качестве сопровождающего, так и якобы арестанта. И в том, и в другом случаях удовольствие было ниже среднего.

В этом смысле поездка на «Газели» стала для Виктора приятным сюрпризом. По мягкости хода автозак практически ничем не уступал добротным легковым автомобилям. С другой стороны, сочинские дороги находились в идеальном состоянии. В дополнение к этому выхлопные газы не поступали внутрь и не резали глаза, так что Логинов даже невольно подумал, что Россия, что бы там ни говорили недоброжелатели, приблизилась к мировым стандартам хотя бы в узком сегменте перевозки заключенных.

Поскольку время было довольно раннее, автозак ехал практически без остановок. Примерно минут через пятнадцать-двадцать водитель сбросил скорость и, свернув, посигналил. Снаружи донеслись голоса, потом протяжно ухнули отпираемые ворота. И автозак, газанув, въехал во двор суда.

Сделав разворот, он остановился и медленно сдал назад. Потом двигатель умолк, и «Газель» замерла. Открылась дверца кабины, и на землю спрыгнул командир конвоя.

Богданов, сидевший напротив Логинова, подался вперед и негромко сказал:

– Ну что, сейчас нас растолкают по отдельным карманам, так что больше не свидимся. Давай, десантура, держись! И помни, что я тебе…

– Эй, а ну отставить разговорчики! – рявкнул сидевший под передней стенкой арестантского отделения конвойный. – А то я вам сейчас поговорю!

– Понял? – одними губами спросил Богданов, подаваясь назад.

– Да, – чуть слышно ответил Логинов.

Конвойному это не понравилось, и он, вскочив, подался к решетке.

– Я сказал: молчать! Что-то неясно?

В этот момент дверь автозака распахнулась. Возникший в проеме командир конвоя спросил:

– Что за крик, Никитенко?

– Да арестанты страх потеряли! Разговаривают тут!

– Давай их на выход. Сейчас по стаканам распихаем, там пусть и говорят.