Заблудшие

Стало хоть немного видно, что вокруг.

Как только кончился забор из старого серого штакетника, Сергей повернул направо и метрах в тридцати от поворота остановился, прямо у калитки. Выскочив из машины, Сергей бросился вытаскивать жену. «Даже если никто не откроет, выломаю дверь» – подумал мужчина, схватил охающую жену на руки и побежал к калитке. Благо, что она была не заперта и ее можно было отпихнуть ногой.

Поднявшись на крыльцо, Сергей уперся левым плечом о стену и правой ногой стал лупить по двери что есть силы.

– Откройте! Жена рожает! Откройте! Жена рожает! – как будто запрограммированный на одну только фразу кричал Сергей, повторяя одни и те же слова, снова и снова. В доме послышался шум, вспыхнул свет сначала в окне, потом на веранде, вот уже и железный засов лязгнул…

– Все, все, не кричи! – хриплым голосом попросила старуха, открывая деревянную дверь, – всех соседей перебудишь, дурак! Бабушка была высокого роста, наверное, метр семьдесят или даже метр семьдесят пять, чуть ниже самого Сергея.

– Жена… – успел только выкрикнуть молодой таксист.

– Рожает, слышала уже! Все, успокойся! – сказала огромная бабка, – заноси в залу, налево и по коридору вторая дверь налево, – закрывая за вошедшим в дом Сергеем, направила его бабушка.

– Звать-то как тебя? – спросила хозяйка дома мужчину, который уже успел разуться и уложить жену на старый диван, покрытый вышивным покрывалом ручной работы.

– Сергей, а это – Лена.

– Меня бабой Дусей звать. Ты вот что, Сергей, беги на кухню, ставь чайник и большую желтую кастрюлю на газ, вода во фляге серебристой, кипяти нам воду. А мы рожать будем. Значит, головка уже вот-вот покажется, так? – спросила она Елену, которая легла на спину, расставила ноги и тяжело и часто дышала.

– Ага, еще одни потуги и, наверное, выйдет!

Баба Дуся стянула с Лены мокрые трусики, осторожно раздвинула влагалище, внимательно все осмотрела, затем встала и быстро пошла в другую комнату.

Вернулась баба Дуся с белыми простынями, старым застиранным полотенцем и ножницами. Положив набор необходимых для родов вещей, бабушка принесла табуретку, разложила на ней полотенце, затем подошла к шкафчику и достала оттуда прозрачный стеклянный бутылек. Вернувшись к табуретке, кряхтя, села на диван, откупорила стекляшку, и по комнате разнесся резкий запах спирта.